pornfiles

» Облако тегов » ученый

, гость


Если вы на сайте впервые, то вы можете зарегистрироваться!

Вы забыли пароль?
Ресурсы портала
Кузнечное венчание
Наши опросы
Все и так хорошо.
Процветающий промышленный регион Украины.
Субъект федерации Украинской республики.
Независимое государство.
Субъект федерации РФ.
Наплевать.
Метки и теги
Читайте также

XML error in File: http://news.donbass.name/rss.xml

XML error: Undeclared entity error at line 12
{inform_sila_news}{inform_club}
Архив
Сентябрь 2017 (49)
Август 2017 (43)
Июль 2017 (34)
Июнь 2017 (40)
Май 2017 (68)
Апрель 2017 (40)


Все новости за 2014 год
Сортировать статьи по: дате | популярности | посещаемости | комментариям | алфавиту
Рейтинг: 
0

Если говорят человек-легенда, то это непременно и о нём.

Он из нашего Новочеркасского политеха, его плоть от плоти, его неповторимый Атлант. Он – ученый-химик. Фёдор Иванович Кукоз. Осенним погожим днем в ноябре 2010-го этот удивительный человек неожиданно ушёл от нас в мир иной, оставив, как грандиозная комета, мощный шлейф совершенных дел, горы научных трудов и учебников, череду своих учеников, массу осиротевших коллег и многочисленные страницы замечательных воспоминаний. А сколько он еще не успел…
«Я человек, родившийся под счастливой звездой. Потому, что имя мне дали Федор, что означает «дар божий», – рассказывал он сам в дни своего 80-летнего юбилея. Федор Иванович родился 29 февраля 1924 года в селе Стыла Донецкой области УССР в трудовой крестьянской семье. Среднюю школу окончил с отличием. С сентября 1940 года стал студентом физмата Ростовского государственного педагогического института. В ноябре 1941 года 18-летний студент добровольцем ушел на фронт, был разведчиком 815-го стрелкового полка, комсоргом роты. Награжден орденом Красной Звезды и 9-ю медалями, отмечен благодарностями Верховного Главнокомандования. Получил три ранения (1943 и 1944 гг.), перенес тяжелую контузию (1945 г.).
Он один из тех, кого в свое время гордо именовали фронтовиком первых месяцев войны, из числа так называемой «золотой советской молодежи», но вовсе не того золота, что опрометчиво звенит звонкой монетой и сыплется мечтательным дождем «денег из воздуха». Его «золото» человеческой судьбы собрано буквально по крупицам на каменистых и извилистых тропах отечественной науки, на пути от ассистента до профессора, заслуженного деятеля науки и техники России (более 300 научных работ, в том числе 16 книг, 184 авторских свидетельства, 13 подготовленных докторов наук и 74 кандидата).
Фёдор Иванович всегда был публичным человеком, его постоянно окружали люди: и на родной кафедре ТЭП, и когда работал деканом химико-технологического факультета, проректором НПИ по науке, когда представлял политехников в качестве народного депутата, активного участника многочисленных общественных организаций, когда ученый мэтр возглавлял два диссертационных совета. Быть полезным людям – вот истинное жизненное кредо Ф.И.Кукоза. При этом он сам нередко довольствовался малым, скажем, ездил на дачу на стареньком велосипеде.
По-настоящему счастливая звезда Ф.И.Кукоза взошла именно над необозримым полем научного поиска, в котором он не только умел, но и всегда был первым. Любимая тема – электрохимические преобразователи энергии. Пытливый ум и непрестанный поиск, сотни, тысячи экспериментов... Его работы, посвящены совершенствованию существующих и, главным образом, созданию новых химических источников тока на основе расплавов, твердых и неводных электролитов.
Он также вел многолетние теоретические изыскания в области кинетики электролитического выделения водорода, электроосаждения металлов и сплавов, механизма работы химических источников тока, массо-переноса в условиях нестационарного электролиза и занимался решением задач диффузии в многокомпонентных системах.
Божий дар Фёдора Ивановича проявился в подготовке молодых поколений педагогов. В конце 1960-х – начале 1970-х годов он стал инициатором и одним из создателей университета педагогического мастерства для преподавателей вузов города. Его проникновенные рассказы о своих педагогических удачах и ошибках помогли многим начинающим преподавателям избежать опрометчивых шагов.
Он никогда не сидел без дела. Его увлекающаяся натура позволила сотворить около 200 изобретений. На его разработки в НПИ приходили сотни заявок. Работами ученого интересовались коллеги из США, Италии, Японии, Индии, ФРГ и других стран. Многих десятков миллионов рублей достигала экономическая эффективность от внедрения идей Федора Ивановича.
Однако практически неоценим вклад Ф.И.Кукоза за годы его работы в кадровой комиссии университета. Никто не подсчитывал, скольких политехников он благословил, поддержал словом и делом, отстоял от неправедной критики и дал навсегда верный жизненный шанс.
Он выжил в суровую годину испытаний для нашей Родины, когда замерзал в окопах, когда пули свистели у виска... Выжил один из очень немногих в его поколении, чтобы передать нам эстафету российской гражданственности. Не случайно именно Федора Ивановича избрали почетным гражданином г. Новочеркасска. Мне даже как-то не верится, что мы потеряли его навсегда.
И кажется, вот-вот в ушах вновь зазвенит его весело-бодрящий возглас: «Здравствуйте, я – Кукоз!..» Это воспоминание, как волшебный фиал Галадриэли, будет светить нам даже там, где остальные огни погаснут...

А.П.Скорик, профессор, заведующий кафедрой ТГПиОИ. "Кадры индустрии". №29 (2322) от 29 ноября 2010

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 3169   
Рейтинг: 
0

Детство и юность натуралиста

Василий Докучаев родился 1 марта (н.с.) 1846 года в селе Милюкове Сычевского уезда Смоленской губернии. Отец, Василий Сергеевич, был сельским священником — небогатым, добросовестным и скромным, дожившим до преклонных лет. В семье Докучаевых было семеро детей: три брата (Тимофей, Никифор, Василий) и четыре сестры (Анастасия, Мария, Ефросиния, Анна). Мать семейства, Пелагея Трофимовна, была женщиной доброй и умной, дети ее очень любили!
О детстве Василия Васильевича известно совсем немного. Ни сам он, ни его сверстники воспоминании не оставили. И все-таки кое о чем нетрудно догадаться, читая его сочинения. Ведь первую свою научную статью посвятил он родным местам и с детства знакомой речке Качне.
Родина была для него не просто местностью, где он родился, где обитал его род. Она всегда оставалась частью его души, родной с детства землей, которую помнишь до мельчайших деталей, любишь и желаешь понять.
А что это означает — понять землю? Это значит научиться читать, как чудесную книгу, слои на речных берегах, зигзаги стариц, пятна болот, скопления холмов — все то, что каким-то образом возникло, имеет свою историю и неразрывно связано с жизнью людей.
Вряд ли кто-нибудь из родных и близких мог рассказать обо всем этом Василию Докучаеву. Пожалуй, некому было даже озадачить его подобными вопросами. Детство свое провел он при крепостном праве, среди детей крестьян, принадлежавших помещику. Резкая грань отделяла свободных граждан страны от крепостных, привязанных к родной земле не только духовными связями, но и подневольным трудом, волей своих хозяев.
Ребенку приходится рано или поздно подчиняться жестким правилам и требованиям, которые накладывает общество на каждого человека. Надо обучаться, чтобы стать нормальным членом общества, толковым работником, служащим. Или приходится — такова была судьба многих детей старой России — заниматься тяжким трудом.
Вот и Василию Докучаеву пришла пора прощаться с босоногим вольным детством. Отец обучил его грамоте, заставил прочесть самостоятельно все церковные книги, а когда сыну исполнилось одиннадцать лет, отдал его в Вяземское духовное училище. Так уж повелось в семьях священников: сыновья шли по стопам отцов. В полуфеодальном русском обществе сохранялось строгое разделение на классы, слои, каждому из которых была определена четкая роль в государственной системе.
Из Вязьмы Василия Докучаева, учившегося успешно, перевели в Смоленск, где он, окончив в 1861 году духовное училище, поступил в духовную семинарию. Жизнь его покатилась, можно сказать, по наезженной колее. От него требовалось только послушание и усердие, а дальнейшая судьба была предопределена: церковных служителей требовалось много, но только толковых, грамотных. Времена менялись, в народе стала распространяться грамотность, а с ней и свободомыслие, сомнения в верности церковных догм. Надо было противодействовать этим новым веяниям, умело доказывая истины священного писания, а не просто бубнить и повторять их на разные лады без толку и смысла.
Требования были новые. А обучали в семинарии, в бурсе, по старинке. Царила зубрежка. Требовалось пересказывать прочитанное назубок, слово в слово, автоматически. По словам прошедшего бурсу писателя Н. Г. Помяловского, “главное свойство педагогической системы в бурсе — это долбня, долбня ужасающая и мертвящая. Она проникала в кровь и кости ученика. Пропустить букву, переставить слово считалось преступлением”.
Вообще-то само по себе духовное образование вовсе не было бестолковым. Бурсакам преподавали не только различные церковные премудрости или священную (библейскую) историю, толкования священного писания. Их обучали языкам и целому ряду наук. Только вот главное было не в том, чему обучали, но как обучали!
Нравы бурсы были жестокие. Доводилось отведывать “майских” (то есть розг) и безо всякой провинности, по причуде пьяного учителя, и во время “великих сечений”, когда наказывали всех без разбора. Понятно, что если за плохое знание закона божьего ребенка истязали, то истинную веру этим не укрепляли. Ведь даже прекрасные христианские заповеди всеобщей любви и прощения, непротивления злу насилием превращались в пустые звуки, лицемерные слова, потому что опровергались действиями, поведением тех самых учителей, которые их провозглашали.Физически сильные ученики частенько поколачивали слабых, отнимали у них гостинцы и деньги. Игры обычно были не только на ловкость и удачу, но и на выдержку, когда приходилось терпеть сильные удары, щипки и шлепки, издевательства и оскорбления. Правда, с Василием Докучаевым даже забияки предпочитали не связываться: обладал он большой силой, и если уж выходил из себя, то, вспылив, мог разбросать трех-четырех обидчиков.
При своем высоком росте он нередко сиживал на задних .партах, “на Камчатке”. Аборигены этих мест были преимущественно великовозрастными оболтусами. Время свое они проводили “балдежно”: раскладывали под партами пальто, заваливались и шепотом пересказывали были и небылицы, порой закатываясь от смеха.
Бурса уродовала слабых, безвольных, но закаляла твердых духом, волевых. Василий Докучаев был физически крепок, мог постоять за себя. Но и это могло обернуться ему же во вред:молодой, человек, привыкший силой подавлять других, перестает рассчитывать на свой разум, плохо понимает окружающих людей, а в трудные моменты жизни теряется, не умея противостоять неудачам. ..
Василий Докучаев выдержал испытание бурсой. Вряд ли он точно знал, какую выбрать дорогу в жизни. Он был вполне подготовлен к профессии священнослужителя. Успешная учеба упрощала дальнейшее продвижение по этому пути. Можно было поступить в духовную академию, где его принимали на полное казенное обеспечение”, что было очень кстати для семьи Докучаевых. Академия — это уже серьезная надежная ступень, приближающая к высоким должностям и полной материальной обеспеченности.

Как быть? Кем быть?
Василий Васильевич Докучаев мог бы считать себя представителем своеобразного деревенского пролетариата (есть документ, подтверждающий, что заштатный священник В.С.Докучаев ценных вещей как из движимого, так и недвижимого имущества не имел). Семейные условия и положение в обществе заставляли юных братьев Докучаевых получать духовное образование. Старший брат Тимофей первым окончил училище, семинарию и поступил в духовную академию. Младший брат, как мы знаем успешно продвигался по стопам старшего.
И вдруг Василий неожиданно круто сворачивает с проторенного пути. Поступает в Петербургский университет, где по крайней бедности ему до третьего курса, по его выражению, “неизвестно было употребление чулок”.
“Что побудило Докучаева перейти в университет, обречь себя на полуголодное существование?” — спрашивает его биограф Г.Ф.Кирьянов. И отвечает: “Материалов или свидетельств, раскрывающих причины такого шага, нет. .. По всей вероятности, тут сказалось вынесенное из семинарии отвращение к богословию и схоластическим наукам”.
Однако почти все бурсаки питали отвращение или лютую ненависть к богословию и схоластике, которые им приходилось долбить до отупления, получая за неточные ответы “майских”. Но главное даже не в этом. В аттестате Василия Докучаева об окончании семинарии сказано, что он выказал способности “весьма хорошие” при поведении и прилежании “отлично хорошем”. Выходит, учился он очень прилежно.
Правда, почти все биографы считают своим долгом подчеркнуть его особенные успехи в естественных науках. “Его аттестат пестрит блестящими отметками по естественной истории, физике, алгебре и геометрии”,— писали, например, Б.Б.Полынов, И.А. и Л.А.Крупенниковы. В действительности, однако, единственная хорошая (для него — самая низкая) отметка Докучаева была по еврейскому языку, а наивысшие (“отлично хорошие”) — по гомилетике (изучению христианской проповеднической деятельности), по учению о богослужебных книгах. В остальных церковных, а также светских науках он имел одинаковые — “весьма хорошие” отметки. Следовательно, даже по невысоким требованиям семинарии, Докучаев не особенно отличался в естественных науках, а с теоретическим богословием справлялся совсем неплохо,
По-видимому, близок к истине был ученик Докучаева П.В.Отоцкий, по мнению которого на решение Василия Васильевича подействовали общая “весенняя” социальная обстановка 60-х годов (освобождение крестьян, демократизация общества) и влияние старшего брата. Однако благоприятная социальная среда сложилась для всех бурсаков России, из которых великими учеными стали, пожалуй, только В.В.Докучаев да И.П.Павлов. Вот почему следует всерьез задуматься о роли брата Тимофея в судьбе Василия Докучаева.
Впрочем, первый решительный шаг Василия Докучаева — решение вместо духовной академии поступить в университет — вполне мог быть вызван личным примером старшего брата. Поступили они в университет в один и тот же год, хотя и на разные отделения. Последнее обстоятельство весьма поучительно. Тимофей Васильевич не тянул брата за собой, по своим стопам, хотя, как мы знаем, Василий вполне успешно справлялся с гуманитарными науками, во всяком случае не хуже, чем с естественными.
Учеба Василия Докучаева в университете прошла под негласной опекой брата. Но недостаток средств сказывался: порой Василий бедствовал, находясь на материальном обеспечении Тимофея, который и сам жил очень скромно. Впору было отчаяться. Но тут как бы неожиданно Василию Докучаеву было предложено место репетитора в богатой княжеской семье Гагариных. (Произошло это благодаря протекции педагога-словесника Н.X.Весселя, близкого знакомого Т.В.Докучаева.)
Известно, что старший брат внимательно следил за жизнью младшего (живя вдали от него, в Москве). Об этом можно судить по некоторым письмам Н.X.Весселя. Так, он писал Т.В.Докучаеву: “Ваш брат значительно пообтерся, поживя в доме Гагариных, научился выдержанности и т. п.”. Как бы то ни было, а Т.В.Докучаев постарался пробудить в брате интерес к наукам о Земле, прислав ему работы геолога и популяризатора Г.Е.Щуровского. Вновь — ненавязчивая опека, и вновь очень кстати: в то время Василий Докучаев впервые ощутил интерес к изучению истории Земли и жизни.
Закончив университет, надо было окончательно решать, как быть дальше. Он порывает с прежними “веселыми” друзьями, в круг которых попал в доме Гагариных. Вновь — крайняя бедность, обитание в “хижине” на Офицерской улице (где нищие встречались чаще, чем офицеры), питание в дешевых “обжорках”. Возникла мысль поступить в Медико-хирургическую академию. Но еще сильнее было желание поехать в Москву, к брату, и стать преподавателем средней школы. Самый простой и надежный путь. Тут брат мог оказать существенную помощь, и сделал бы это с удовольствием...
Василий пишет письмо старшему брату, делясь с ним своими сомнениями. Ответ был в общем-то неожиданный. Брат, верный своему педагогическому принципу, не стал давать разумных советов. Он писал: “Твое письмо возбудило во мне сильную жалость: я очень живо представил себе теперешнее твое положение: ты находишься на распутии мира сего и не знаешь, куда броситься, чтобы после не раскаиваться”.

Жизнь В.В.Докучаева была на редкость плодотворна, насыщена научным творчеством и мощной общественной деятельностью. Василий Васильевич оставался личностью цельной, сильной, самобытной. Быть может, и в этом сказалось влияние старшего брата, его воспитательной методы, которая развивала в подопечном не поклонение и послушание, не безоглядную веру в авторитет, а самостоятельность, ответственность, мужество человека, идущего в жизни своим путем. Оказывается, на этом пути человек может преодолевать не только жизненные трудности, но и иллюзию вседозволенности, неукротимого эгоизма. Правда, и Василий, и Тимофей Докучаевы в конечном счете ориентировались на высшие ценности: служение Родине, стремление к справедливости и правде.

 

Не с парадного подъезда
Василий Васильевич, можно сказать, входил в науку не парадного подъезда, а с черного хода. Потому, что с третьего курса учебу запустил, попал под влияние богатых студентов-гуляк, а заработок репетитора использовал самым легкомысленным образом. Даже добрый надзор со стороны старшего брата оказался бы. бесполезным, если б не нашел Василий в себе самом силы преодолеть трясину “легкой жизни”. Помогла ему в этом родная природа. На последнем курсе требовалось определить себе тему дипломной работы. По рассказу самого Докучаева, ему довелось сдавать экзамен по геологии профессору П.А.Пузыревскому, лекции которого нравились студентам живостью и остроумием.
Путь в геологию начался у Василия Докучаева от берегов ничем не примечательной речки Качни. Вооружившись лопатой, карандашом и блокнотом, он с восходом солнца отправлялся к речке. Писать приходилось мало, значительно больше — раскапывать обрывы. Древние коренные слои лишь кое-где на крохотных участках выходили на поверхность. Обычно их перекрывал немалый по толщине покров склоновых более молодых накоплений.
Не простые, и не только научные, задачи пришлось всерьез решать молодому Василию Докучаеву. К счастью, его первая научно-учебная работа оказалась успешной, получила хороший отзыв преподавателей. Докучаеву вручили диплом, в котором указывалось: "...по представлению диссертации признан достойным ученой степени кандидата, в коей он и утвержден постановлением Совета Университета 20 сентября 1871 года ".
К своей первой научной работе сам Василий Докучаев относился с сомнениями: мог ли он, студент, внести что-нибудь новое в познание Земли? Однако в этот важный момент его жизни, когда так нужна уверенность в своих силах и возможностях, его поддержал П.А.Пузыревский, предложив доложить о своих исследованиях на заседании Петербургского общества естествоиспытателей.
Очень важно, чтобы кто-то из специалистов поверил в твои способности, тем более когда еще сам в них не уверен. Первое научное сообщение В.В.Докучаева, посвященное наносным отложениям речки Качни, состоялось 15 декабря 1871 года и было опубликовано в трудах Петербургского общества естествоиспытателей. Выпускник университета в своей первой же научной работе выглядит зрелым, проницательным и независимым исследователем. Он совершенно не старается продемонстрировать свою начитанность, не ссылается на мнения авторитетов. Впрочем, в одном случае оговаривается: “Академик Фридрих Богданович Шмидт премного обязал меня определением всех этих раковин” (речь идет об ископаемой фауне). Ссылка эта показывает, помимо всего прочего, насколько просто и по-деловому общались в те времена признанный ученый и начинающий исследователь.
Хотя первое научное сообщение В.В.Докучаева прошло успешно, никакой определенности в его положении и планах на будущее не было. И все-таки существовали силы, направлявшие его в сторону научной работы. Кроме брата Тимофея, поддерживали его ученые, объединенные Петербургским обществом естествоиспытателей. В марте 1872 года он был избран действительным членом этого общества. Летом того же года был командирован обществом в Смоленскую губернию для продолжения начатых ранее исследований. Существенным подспорьем для него стали 250 рублей, ассигнованные обществом на поездку. Трудно сказать, какие научные результаты ожидались от этой геологической экскурсии, проводимой начинающим специалистом в одиночку, без каких-либо технических средств и опытных руководителей. Скорее всего, это было своеобразной формой материальной помощи, поощрявшей интерес к научным изысканиям талантливого молодого натуралиста.
Осенью 1872 года В.В.Докучаев по предложению А.А.Иностранцева занял должность консерватора (хранителя) при Геологическом кабинете Петербургского университета.
Он рано начал проводить самостоятельные геологические исследования на севере европейской части России, добился немалых успехов, стажировался за границей; с 1870 года читал лекции по динамической геологии и петрографии в Петербургском университете, а впоследствии, защитив диссертацию и став доктором геологии, был удостоен должности профессора Петербургского университета.
Постепенно рос авторитет В.В.Докучаева как ученого. В 1873 году он становится действительным членом Петербургского минералогического общества. В начале следующего года его избирают секретарем Отделения геологии и минералогии Петербургского общества естествоиспытателей. Узкая научная специализация не привлекала Докучаева. С первых же своих исследований он старался изучать не отдельные науки, а реальные проблемы познания природы и деятельности человека, привлекая для этого самые различные сведения. Он оставался природоведом. Более всего он интересовался динамической геологией, формированием рельефа (геоморфологией) и новейших отложений (четвертичная геология). А в конце 1874 года сделал свое первое научное сообщение, посвященное почвам: “О подзоле Смоленской губернии ".

Первые достижения
Отделение геологии и минералогии Петербургского общества естествоиспытателей поручило В.В.Докучаеву составить доклад по предварительным результатам работы экспедиции Жилинского. В результате в 1875 году появилось первое крупное произведение В.В.Докучаева: “По вопросу об осушении болот вообще и в частности об осушении Полесья”
Докучаев сразу же заявляет, что будет рассматривать болота с точки зрения геолога, натуралиста. Они его интересуют как явления природы.
0н отметил очень важную особенность болот: “...раз болота сформировались, когда на них успел уже образоваться более или менее толстый рыхлый торфянистый покров, тогда они могут поддерживать свое существование и даже развиваться и независимо от притока воды — в виде источников или выпадающего дождя”. Торфяники становятся накопителями и регуляторами воды, поглощая ее отчасти непосредственно из воздуха.
Болотам в природе определена очень важная роль: они подпитывают ручьи и реки, подобно лесам, регулируют поверхностный сток. С необычайной прозорливостью Докучаев отметил: “...прежде чем затрачивать миллионы на осушение болот, необходимо положительно доказать, что реки, берущие свое начало в торфянистых болотах, могут обойтись и без них. Иначе нам придется еще больше затратить и труда и средств, чтобы обводнить осушенную местность”.
С этих позиций, Докучаев критически разобрал первые результаты работ экспедиции по осушению Полесья и пришел к выводу, что убедительного научного обоснования проект не имеет. Ученый не сомневается: благодаря успехам техники осушить болота Полесья возможно. Нет сомнений и в том, что некоторы' и далее значительные участки Полесья нуждаются в осушительных мероприятиях. “Мы только считаем,— пишет он,— безусловно необходимым для такого предприятия предварительное научное исследование геологических и метеорологических особенностей страны”.
Только недавно, около десятилетия назад, рекомендации Докучаева были осуществлены. Признано, что в Полесье главная задача состоит не в перестройке ландшафтов, а в сохранении их там, где это возможно. Выяснилось много такого, чего не знали ни Докучаев, ни последующие исследователи Полесья. Началась активная эксплуатация полесских недр, содержащих нефть и каменную соль.
Чем детальнее проводилось изучение природы Полесья, тем очевиднее выяснялась опасность грубого вмешательства в ее жизнь. Осушительные мероприятия стали сопровождаться оросительными; обращено внимание на разумную регуляцию поверхностных и подземных вод; под распашку определены только те участки, где нет опасности быстрой эрозии почв. К сожалению, немалая часть полесских земель уже серьезно испорчена, ухудшена из-за нерационального хозяйничанья, и в частности непродуманного переосушения. Идеи Докучаева в конце концов победили, жаль только — через сто лет.
В.В.Докучаев по-прежнему работал в университете, одновременно выполняя ряд научных работ по поручению общественных организаций. Он продолжал летние экскурсии по Центральной России, не забывая посещать и родные смоленские края. Его теоретические исследования охватили огромные территории. В 1876 году он выступает с большим докладом “Предполагаемое обмеление рек Европейской России” Публикует статью о формировании и значении оврагов, наконец, пишет крупный труд “Способы образования речных долин Европейской России”. Этими работами завершается первый период его научного творчества. Уже с этого времени он связывает неразрывно теоретические исследования с практическими задачами рациональной эксплуатации природных ресурсов, сохранения окружающей среды.
Проблема оврагов, их зарождения и перехода при благоприятных условиях в речные долины была подробно рассмотрена Докучаевым в монографии “Способы образования речных долин Европейской России”. Это была диссертация на степень магистра минералогии и геологии. Поэтому дискуссионные вопросы ученый оставил на втором плане, уделив много внимания изложению собственных полевых наблюдений и анализу взглядов специалистов на данную проблему. Он убедительно показал, что вопрос остается нерешенным, а существующие гипотезы вызывают серьезные сомнения. Выдвинул и обосновал свою идею: для формирования рек европейской части России главное значение имели озера, болота и овраги.
Труд этот был оценен положительно. Взгляды Докучаева получили признание. И в последующем они сохраняли свое значение. Но только с одной оговоркой: некоторые из гипотез, оспоренные Докучаевым, также не отвергнуты. Например, большую роль в жизни рек играют глубокие долины, выпаханные великими ледниками, которые двигались со стороны Скандинавии, Кольского полуострова. Северного Урала. Между прочим, образование оврагов, как выяснилось, во многом зависит от деятельности человека, так что совсем не обязательно овражек может стать истоком реки.
Успешно защитив магистерскую диссертацию, Василий Васильевич получил возможность читать лекции по минералогии и геологии. В частности, он едва ли не первым в мире прочел курс лекций по четвертичной геологии и геоморфологии, то есть о формировании новейших отложений и происхождении современного рельефа.

Наука
В 1879 году освободилось место заведующего кафедрой минералогии Петербургского университета. Докучаеву предложили эту должность. Он стал доцентом (с 1883 года — профессором). Появилась возможность вырваться из тисков бедности, иметь собственную научную базу (лабораторию) и учеников.
Однако так уж случилось, что минералог и геолог В.В.Докучаев не любил... минералогию, а тем более кристаллографию (в те времена эти два курса считались единой дисциплиной).
Почему же ему, геологу, не нравилась минералогия, наука о видах и свойствах особых мертвых тел природы — минералов? Специалисты составляли подробные описания, каталоги минералов, исследовали отдельные образцы, вырванные из живой природы и превращенные в архивные коллекции. Василий Васильевич шутил: Надоело вертеть в руках какую-нибудь чурбашку и кричать по этому поводу караул.
Специальный раздел посвятил Докучаев образованию и превращениям минералов. “Мы можем признать тело вполне изученным,— утверждает он,— только тогда, когда мы узнаем точно его происхождение”.
“Осаждение минералов из растворов, без всякого сомнения,— считал Докучаев,— наиболее распространенный в природе процесс их образования”.
Не ограничиваясь описанием минералов, Докучаев уделяет внимание формам залегания и распространения минеральных тел, скоплений минералов в земной коре. Если выражаться современным языком, он описывает экологию минералов (“эйкос” в переводе с греческого “дом”), их взаимосвязи и “места обитания” в природе, связывает минералогию с учением о полезных ископаемых, называя этот раздел геологии учением о залегании минералов. Он достаточно подробно (по тем временам) анализирует подземные и наземные превращения минералов (говоря научным языком, метаморфизм и выветривание). О выветривании Василий Васильевич упоминал и раньше и все-таки счел нужным обособить специальный раздел: “Явления метаморфизма в минералах вообще и выветривание их в частности ”.
Минералогические труды Докучаева оказались чрезвычайно плодотворны, несмотря на то что он относился к ним как к занятию второстепенному и даже не побеспокоился об оформлении их в виде солидной научной монографии.
Однако Докучаев, как ни странно, не особенно увлекался мысленными путешествиями в давние геологические эпохи и глубины земной коры. Начал он свои научные исследования со сравнительно молодых осадков эпохи мамонтов (ледниковой). От них перешел не к более древним, а, напротив, к еще более поздним, чтобы, в конце концов, особенно внимательно присмотреться к самым верхним, значит, чаще всего и самым молодым природным образованиям — почвам.
Знакомясь со взглядами Докучаева на минералогию, мы забежали несколько вперед. Выработал он эти свои взгляды не сразу. Курс лекций по минералогии, имеющийся в нашем распоряжении, относится к тому времени, когда Василий Васильевич уже стал доктором минералогии и геологии. Получил он это звание за свой труд "Русский чернозем" в1883 году.
К этому времени Докучаев уже стал достаточно авторитетным специалистом по изучению происхождения рельефа и геологии отложений последнего геологического периода (четвертичного, плейстоцена, ледникового). Более всего интересовал его вопрос: как возникли речные обширные долины — характерная деталь пейзажа Восточно-Европейской равнины?
Еще в 1875 году, внимательно обследуя верховья долины Днепра, Докучаев пришел к следующим выводам:
— на месте долины Днепра некогда существовал ряд озер, соединявшихся между собой более или менее узкими протоками;
— Днепр никогда не заполнял своими водами долину целиком (следовательно, речные - аллювиальные — осадки накапливались в долине не сразу, а постепенно);
— современные резко очерченные берега Днепра сформировались после того, как возникла сама река;
— образование резко очерченных берегов произошло в результате многократных, непрекращающиеся и теперь перемещений речного русла в пределах долины.
Надо заметить, что Докучаев вовсе не всегда шел в своих рассуждениях от частного к общему, бывало и наоборот. Так, в декабре 1879 года он сделал доклад: "О доисторическом человеке окских дюн" Тему эту, относящуюся к археологии и антропологии, он постарался раскрыть с точки зрения геологии и палеогеографии. Он дал общее описание природы Центральной России во времена доисторического человека. Эта территория тогда была сплошь покрыта дремучими лесами, болотами. Только реки и озера могли служить главными транспортными путями. Людям было наиболее удобно селиться по берегам рек и озер, на возвышенных участках, которые не затоплялись во время паводков. Здесь же следует искать и остатки доисторических людей, следы их деятельности и орудия труда.
Обычно ученый, набирая силу и знания, постепенно расширяет область своих исследований. С Докучаевым было иначе. В первое десятилетие занятий наукой ему довелось выступать как геологу, минералогу, кристаллографу, болотоведу, даже археологу. Но затем он все больше и больше увлекался изучением почв.

Талант ученого-натуралиста

Наиболее ярко и полно выражается талант Василия Докучаева в умении ставить научные проблемы, разрабатывать которые доведется не одному поколению исследователей. Это самое настоящее открытие новых путей исканий. Подобный талант первооткрывателя — редкость, и очень немногие, даже из числа великих ученых, обладали им.
Докучаев, постигший искусство общения с природой, умел выведать у нее такие тайны, размышлять о которых полезно, поучительно и в наши дни, на исходе XX века. Современным геологам пора бы уже основательно взяться за познание глубинной зональности земной коры. Кстати, ставя этот вопрос, Докучаев обронил мысль об ином распределении материков как важную, но все-таки второстепенную часть более крупной проблемы.
Дар провидения, способность открывать перспективные, уводящие к дальним горизонтам пути познания делают многие научные труды Василия Васильевича источником новых идей даже в наше время. А некоторые из вопросов, поставленных им, остаются не просто научными, но и по-человечески злободневными для современной технической цивилизации, для каждого из нас: “...в состоянии ли еще, в силах ли наши Наука и техника, со всеми их успехами, со всей европейской культурой, помочь этой роковой нужде, этой безысходной борьбе человека со стихиями природы,— помочь в целом или, по крайней мере, для мало-мальски значительного процента столь страшно обремененного, даже закабаленного природой человечества? Не слишком ли современная нам культура громоздка и дорога, особенно ввиду того бесспорного факта, что жизнь именно цивилизованного человека делается с каждым годом более и более требовательной, а ее стоимость растет еще быстрее? Хватит ли, наконец, естественных природных богатств настолько чтобы рост их шел параллельно хотя бы с мало-мальски значительным распространением благ цивилизации на массу человечества?”

 

Подготовил Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 3173   
Рейтинг: 
+1
"В состоянии ли еще наши наука и техника, со всеми их успехами, со всей европейской культурой, помочь этой роковой нужде, этой безысходной борьбе человека со стихиями природы,- помочь в целом или, по крайней мере, для мало-мальски значительного процента столь страшно обремененного, даже закабаленного природой человечества? Не слишком ли современная нам культура громоздка и дорога, особенно ввиду того бесспорного факта, что жизнь именно цивилизованного человека делается с каждым годом все более требовательной, а ее стоимость растет еще быстрее? Хватит ли, наконец, естественных природных богатств настолько, чтобы рост их шел параллельно хотя бы с мало-мальски значительным распространением благ цивилизации на массу человечества?"
В.В.Докучаев

 

Василий ДокучаевВыдающийся русский естествоиспытатель, геолог и ученый-почвовед В.В.Докучаев родился 17 февраля (1 марта) 1846 года в селе Милюково Сычевского уезда Смоленской губернии. Его отец, Василий Сергеевич, был сельским священником - небогатым, добросовестным и скромным, дожившим до преклонных лет. Мать, Пелагея Трофимовна, была женщиной доброй и умной, дети ее очень любили. В семье Докучаевых было семеро детей: три брата и четыре сестры. Детство свое Василий Докучаев провел среди детей крепостных, принадлежавших помещику. Отец обучил его грамоте, заставил прочесть самостоятельно все церковные книги, а когда сыну исполнилось 11 лет, отдал его в Вяземское духовное училище, надеясь, что сын пойдет по его стопам. Из Вязьмы Василия Докучаева, учившегося успешно, перевели в Смоленск, где он, окончив в 1861 году духовное училище, поступил в духовную семинарию. Жизнь его покатилась по наезженной колее, дальнейшая его судьба была предопределена. В аттестате В.В.Докучаева об окончании семинарии сказано, что он выказал способности "весьма хорошие" при прилежании "отлично хорошем". После окончания семинарии Докучаев был вполне подготовлен к профессии священнослужителя. Теперь можно было поступить в духовную академию, где его принимали на полное казенное обеспечение", что было очень кстати для семьи Докучаевых.
Но Василий неожиданно сворачивает с проторенного пути. Он поступает на физико-математический факультет в Петербургский университет, обрекая себя на полуголодное существование, где по крайней бедности ему до третьего курса, по его выражению, "неизвестно было употребление чулок". Что побудило Докучаева перейти в университет - неизвестно. Никаких свидетельств, раскрывающих причины такого шага, нет. Впрочем, это решение вместо духовной академии поступить в университет могло быть вызвано личным примером старшего брата Тимофея. Поступили они в университет в один и тот же год, хотя и на разные отделения. Учеба Василия Докучаева в университете прошла под негласной опекой брата. Он порой бедствовал, находясь на материальном обеспечении Тимофея, который и сам жил очень скромно.
Свою дипломную статью Докучаев посвятил родным местам и с детства знакомой речке Качне. Работа получила хороший отзыв преподавателей. Докучаеву вручили диплом, в котором указывалось: "по представлению диссертации признан достойным ученой степени кандидата, в коей он и утвержден постановлением Совета Университета 20 сентября 1871 года." Окончив отделение естественных наук физико-математического факультета Петербургского университета, В.В.Докучаев вновь попадает в крайнюю бедность. Возникла мысль поступить в Медико-хирургическую академию. Было желание поехать в Москву, к брату, и стать школьным учителем. Но В.В.Докучаев остается в Петербурге и в университете, где и начинает научную деятельность. В декабре 1871 года сообщение Докучаева, посвященное наносным отложениям реки Качни, было опубликовано в трудах Петербургского общества естествоиспытателей. Выпускник университета в своей первой же научной работе выглядит зрелым и независимым исследователем. Хотя это научное сообщение В.В.Докучаева прошло успешно, никакой определенности в его положении и планах на будущее не было. И все-таки были силы, направлявшие его в сторону научной работы. Кроме брата Тимофея, его поддерживали ученые Петербургского общества естествоиспытателей. В марте 1872 года Докучаев был избран действительным членом этого общества. Летом того же года был командирован обществом в Смоленскую губернию для продолжения начатых ранее исследований. Существенным подспорьем для него стали 250 рублей, ассигнованные обществом на поездку. Трудно сказать, какие результаты ожидались от этой геологической экскурсии, проводимой начинающим специалистом в одиночку, без каких-либо технических средств и опытных руководителей. Скорее всего, это было своеобразной формой материальной помощи, поощрявшей интерес к научным изысканиям талантливого натуралиста.
Он рано начал проводить самостоятельные геологические исследования на севере Европейской части России, в 1871-1877 годах изучал строение речных долин бассейна верхней Волги, верховьев Днепра и Западной Двины, рек южной части Финляндии. Еще с 1870 года читал лекции по динамической геологии и петрографии в Петербургском университете. Осенью 1872 года В.В.Докучаев по предложению А.А.Иностранцева занял должность консерватора (хранителя) при Геологическом кабинете университета. Постепенно рос авторитет Докучаева как ученого. В 1873 году он стал действительным членом Петербургского минералогического общества. В начале следующего года его избирают секретарем Отделения геологии и минералогии Петербургского общества естествоиспытателей. С первых же своих исследований он старался изучать не отдельные науки, а реальные проблемы познания природы и деятельности человека, привлекая для этого самые различные сведения. Более всего он интересовался динамической геологией, формированием рельефа и новейших отложений. А в конце 1874 года сделал свое первое научное сообщение, посвященное почвам: "О подзоле Смоленской губернии".
В 1875 году появилось первое крупное произведение В.В.Докучаева: "По вопросу об осушении болот вообще и в частности об осушении Полесья". Докучаев сразу же заявляет, что будет рассматривать болота с точки зрения геолога, натуралиста. Они его интересуют как явления природы. Отметив особенности болот и подчеркивая их важную роль в природе, Докучаев писал: "Прежде чем затрачивать миллионы на осушение болот, необходимо доказать, что реки, берущие свое начало в болотах, могут обойтись и без них. Иначе нам придется еще больше затратить и труда и средств, чтобы обводнить осушенную местность". Докучаев разобрал результаты работ экспедиции по осушению Полесья и пришел к выводу, что убедительного обоснования проект не имеет. Было признано, что в Полесье задача состоит не в перестройке ландшафтов, а в сохранении их там, где это возможно.
В.В.Докучаев по-прежнему работал в университете, одновременно выполняя ряд научных работ по поручению общественных организаций. Он продолжал летние экскурсии по Центральной России, его теоретические исследования охватили огромные территории. В 1876 году он выступает с большим докладом "Предполагаемое обмеление рек Европейской России", публикует статью о формировании и значении оврагов, наконец, пишет крупный труд "Способы образования речных долин Европейской России", ставший диссертацией на степень магистра минералогии и геологии. Докучаев дает здесь собственную гипотезу, по которой происхождение речных долин связывается с деятельностью оврагов и балок. Труд этот был оценен положительно, взгляды Докучаева получили признание. Успешно защитив диссертацию, Василий Васильевич получил возможность читать лекции по минералогии и геологии. В частности, он едва ли не первым в мире прочел курс лекций по четвертичной геологии и геоморфологии, то есть о формировании новейших отложений и происхождении современного рельефа.
В 1875-1877 годах, составив (вместе с В.И.Чаславским) обзорную почвенную карту Европейской России, Докучаев начал изучение русского чернозема, в результате чего им были заложены основы учения о почве как особом естественноисторическом теле и о факторах почвообразования. Летом 1877 года Василий Васильевич обследовал юго-западную половину черноземной полосы, передвигаясь главным образом на бричках и пешком. В Тульской губернии он проследил переход от лесных почв к черноземам. Особенно много колесил по Украине и Молдавии. Летом следующего 1878 года Докучаеву предстояло обследовать широчайшие пространства юго-восточной части черноземной зоны. Он вынужден был взять помощника, молодого ученого П.А.Соломина. На этот раз Докучаев побывал и в Крыму, и на Северном Кавказе, и даже пересек по Военно-Грузинской дороге Кавказский хребет. Полевыми работами Докучаев охватил огромные территории между Волгой и Доном, Заволжья, Предуралья. За два полевых сезона он сумел обследовать не только всю черноземную зону России, пересекая ее в разных направлениях, но и прилегающие территории. Помимо описаний, он отобрал почти полтысячи образцов почв, преимущественно черноземных. После смерти В.И.Чаславского в 1878 году Департамент земледелия поручил В.В.Докучаеву завершить издание почвенной карты и составить к ней объяснительную записку.
В 1879 году освободилось место заведующего кафедрой минералогии Петербургского университета. Докучаеву предложили эту должность. Он стал доцентом, а с 1883 года - профессором. Появилась возможность вырваться из тисков бедности, иметь собственную научную лабораторию и учеников. Однако так уж случилось, что минералог и геолог В.В.Докучаев не любил минералогию, а тем более кристаллографию (в те времена эти два курса считались единой дисциплиной). Минералогические труды Докучаева оказались чрезвычайно плодотворны, несмотря на то, что он относился к ним как к занятию второстепенному и даже не побеспокоился об оформлении их в виде солидной научной монографии. Однако Докучаев, как ни странно, не особенно увлекался мысленными путешествиями в давние геологические эпохи и глубины земной коры. Начал он свои научные исследования со сравнительно молодых осадков эпохи мамонтов (ледниковой). От них перешел не к более древним, а, напротив, к еще более поздним, чтобы, в конце концов, внимательно присмотреться к самым верхним, значит, чаще всего и самым молодым природным образованиям - почвам.
В 1883 году вышел труд Докучаева "Русский чернозем", в котором детально рассмотрены область распространения, способ происхождения, химический состав чернозема, принципы классификации и методы исследования этой почвы. Эта монография, являющаяся докторской диссертацией, принесла Докучаеву мировую славу и заслуженно считается основой генетического почвоведения. К этому времени Докучаев уже стал авторитетным специалистом по изучению происхождения рельефа и геологии отложений последнего геологического периода (четвертичного, плейстоцена, ледникового).
В 1880 году Докучаев выступил на общем собрании Вольного экономического общества с докладом: "Какие общие меры могли бы способствовать поднятию крайне низкого уровня почвоведения в России". Ученый приходит к убеждению, что для почвообразования решающее значение имеют климатические условия. Заключая свой труд, Докучаев подчеркнул, что многие районы земного шара "никогда при данных климатических условиях не увидят той благодатной почвы, которая составляет коренное, ни с чем не сравнимое богатство России и которая является результатом удивительно счастливого и весьма сложного комплекса ряда физических условий!". Авторитетные специалисты одобрили результаты его работ. Вольное экономическое общество утвердило отчет. А через месяц Василий Васильевич блестяще защитил диссертацию по этому отчету. Вольное экономическое общество сочло необходимым отметить труд ученого особой грамотой, где выносило ему "торжественную и глубокую благодарность". В 1880 году жизнь В.В.Докучаева изменилась к лучшему. Он добился признания как специалист, достиг материального благосостояния, необходимого для научных исследований. Устроилась и его личная жизнь. Преподавая космографию и физическую географию в частном женском пансионе, он полюбил обаятельную, прекрасно образованную начальницу пансиона Анну Егоровну Синклер. Она согласилась стать его женой. Анна Егоровна приобрела со временем естественнонаучные знания и помогала мужу в работе.
Другой важной вехой в его жизни стал 1882 год, когда ему было предложено произвести почвенное и попутно геологическое обследование Нижегородской губернии. Цель этих работ была общенаучная и агрономическая, а также социально-экономическая: нужно было упорядочить налоги с землевладельцев и крестьян. Внушительный облик Василия Васильевича, рассудительность, умение понять собеседника, твердость характера и чувство юмора располагали в его пользу. Он и его сотрудники получали необходимую помощь и встречали понимание местных жителей. Докучаев проявил себя как прекрасный организатор и руководитель. Эта работа под руководством Докучаева длилась 6 лет, результаты комплексной экспедиции оказались очень внушительными. В 1886 году были опубликованы "Материалы к оценке земель Нижегородской губернии" в 14 томах, а также геологическая и почвенная карты. По приглашению губернского земства Докучаев исследовал в 1888-1890 годах Полтавскую губернию. Исследуя растительность, почвы и геологические условия Полтавской губернии, он пришёл к ряду важных выводов о закономерности генезиса почв. По инициативе и при ближайшем содействии Докучаева основаны почвенная комиссия при вольном экономическом обществе, в которой он состоял председателем, и естественноисторические музеи в Нижнем Новгороде и Полтаве.
Василий Докучаев, подробно описавший процесс образования почв и предложивший их базовую научную классификацию, в 1886 году дал первую в мире научную классификацию почв. Он же составил первую мировую почвенную карту.
Важным практическим делом стало для Докучаева создание русской почвоведческой школы и подготовка специалистов сельского хозяйства. Осенью 1891 года он выехал в качестве ревизора от Министерства народного просвещения в Ново-Александрийский институт сельского хозяйства, расположенный в Люблинской губернии (ныне в Польше). Предполагалось закрыть институт, уже был прекращен прием в него студентов. Докучаев решился на мужественный шаг. Он вступил в борьбу за институт. И ему не только удалось отстоять это высшее сельскохозяйственное учебное заведение, но и добиться дополнительных средств на его расширение. В 1892-1893 годах Докучаев временно исполнял обязанности директора и руководил преобразованием его в Высшее сельскохозяйственное и лесное учебное заведение. Будучи директором Ново-Александрийского института сельского хозяйства и лесоводства, учредил в нём (1895) первую в России кафедру почвоведения; провёл коренную реорганизацию преподавания и программы института; по этому образцу было реорганизовано высшее сельскохозяйственное образование в России. Среди многочисленных учеников Докучаева был и Владимир Вернадский, также оказавший большое влияние на развитие современного почвоведения.
В мае 1895 года его посетил в Новой Александрии ученик и соратник Г.И.Танфильев. Он с удивлением и грустью увидел Докучаева утомленным, разбитым, "совсем не похожим на богатыря телом и духом". Взяв по состоянию здоровья (нервное переутомление) отпуск, Василий Васильевич уехал с женой в Крым. В Новую Александрию уже не вернулся. Отказавшись от работы в институте, он не смог продолжить ее и в Петербурге. Он был не в состоянии вести научные исследования. В отчаянии даже был близок к самоубийству. Для лечения пришлось побывать за границей. Лишь к весне 1896 года ему стало лучше. Докучаев писал: "Весь прошедший год я провел как в тумане, все время страдая сильнейшим расстройством нервов и полным упадком сил; апатия к жизни принимала временами безумные размеры". Василий Васильевич понимал, что ему грозит безумие. И все-таки, вопреки советам врачей, едва лишь справившись с болезнью, вновь начал работать в полную силу. Он торопился исчерпать все свои возможности.
Его научные достижения и практические мероприятия получали высокие отзывы, награды. Однако впереди ждали и новые испытания. Осенью 1896 года тяжело заболела его жена, она умерла в феврале 1897 года. Во время ее болезни Докучаев находился в таком подавленном состоянии, что был помещен в больницу. В последующее время до конца жизни его опекала племянница (дочь сестры) Антонина Ивановна Воробьева. В 1897 году наступило заметное улучшение здоровья Докучаева. К этому сроку, проработав в Петербургском университете четверть века, он вышел в отставку. Теперь все его усилия были направлены на научную и организационную работу. Докучаев возглавил Почвенную комиссию и прочел десятки популярных лекций, пользовавшихся большим успехом у публики. Пропаганду почвоведения и агрономии считал он чрезвычайно важным делом. Поэтому чтение популярных лекций он продолжил в Москве. Летом 1898 года Василий Васильевич вновь руководил полевыми почвенными исследованиями, на этот раз в Бесарабии (Молдавии). Он получил приглашение от Закавказского статистического комитета обследовать почвы Кавказа и Закавказья. Предложение он принял и вскоре отправился в экспедицию.
В последние три года прошлого века, в последние три года активной творческой жизни Василия Васильевича, он трижды посетил Кавказ и побывал даже в пустыне Каракумы. Трагически завершилась его жизнь: с конца 1900 года он был безнадежно болен, работать не мог, постепенно и мучительно терял рассудок. Скончался В.В.Докучаев в Петербурге 26 октября (8 ноября) 1903 года. "В полном сознании открытого перед ним ужаса, - писал В.И.Вернадский, - он напрасно старался, уже больной, найти спасение в энергичной, широкой научной работе, с трогательной силой обращался мыслью и сердцем к самым глубоким тайникам человеческой души... Казалось, он стремился противопоставить надвигающемуся несчастью всю силу, всю полноту своей личности".
Все ипостаси Василия Докучаева можно назвать словом "естествоиспытатель". Именно ему принадлежит заслуга основания отечественного научного генетического почвоведения и агрономии. Десятилетиями он изучал почву в самых различных уголках России. Докучаев изобретал все новые способы борьбы с засухой, которые успешно применялись в степях на Юге России. Наконец, внес он свою лепту и реформу образования. Как патриот и гражданин, он отдавал все силы и знания практическим вопросам сельского хозяйства и в целом экономического благосостояния России. Василий Васильевич Докучаев - не только великий почвовед. Он, кроме того, был замечательным географом и геологом. Но и это еще не главное. Какими бы науками Василий Васильевич ни занимался, он всегда оставался природоведом, натуралистом: стремился познать окружающий мир во всей сложности и взаимосвязи частей, как единое живое целое.
В.В.Докучаев похоронен на Смоленском лютеранском кладбище рядом со своей женой, Анной Егоровной Докучаевой-Синклер (1846-1897). Его могила с белым мраморным крестом находится на Центральной аллее кладбища. Точно такой же крест стоит и рядом, на могиле его жены. Еще совсем недавно креста там не было, он исчез много лет назад. Лишь в 2008 году надгробие Анны Егоровны было, наконец, отреставрировано и крест на ее могиле восстановлен.

Общество некрополистов
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 3677   
Рейтинг: 
0

Архаров Владимир ИвановичСоветский физик, академик АН УССР (1965).

Владимир Иванович Архаров родился 14(27) февраля 1907 года в Одессе в семье военного врача. Отец его имел крестьянские корни, мать — из дворян.

В 1924 году В.И.Архаров закончил Нижегородский индустриальный техникум по специальности «Техник по теплотехнике». С осени 1925 г. он начал учебу на физико-техническом отделении Нижегородского университета, откуда перевелся (1928) на физико-механический факультет Ленинградского политехнического института, который окончил в 1931 г., получив специальность инженера-физика. Учебу в институте он успешно сочетал с научной работой в одной из лабораторий Ленинградского физико-технического института, где прошел путь от препаратора (1928) до старшего инженера (1932).
В 1932 году В.И.Архаров был включен в штат создаваемого в Свердловске Уральского физико-технического института. С 1934 до осени 1936 г. он работал в Горьковском физико-техническом институте, а с осени 1938 г. — в Уральском физико-техническом институте, преобразованном затем в Институт физики металлов. Здесь он начал со старшего научного сотрудника лаборатории диффузии, а позднее стал заведующим этой лаборатории (1941). В 1938 г. В.И.Архаров получил ученую степень кандидата наук (без защиты диссертации), в 1945 году защитил докторскую диссертацию, в 1946-м утвержден в ученом звании профессора. По совместительству Владимир Иванович занимался педагогической работой: был ассистентом кафедры экспериментальной физики в Ленинградском физико-механическом институте (1931–1934), доцентом в Горьковском университете (1934–1936), доцентом, а затем заведующим кафедрой общей физики в Свердловском педагогическом институте (1938–1941, 1943, 1946, 1947).

Владимир Иванович Архаров был воспитанником знаменитой научной школы академика Абрама Федоровича Иоффе, давшей целую плеяду крупных ученых, которые сыграли решающую роль в развитии советской физики и укреплении обороноспособности страны.

Основные работы посвящены физике твердого тела, металлофизике, физическому материаловедению. Исследовал механизмы структурных изменений в твердых телах. Ввел представление о коллективных элементарных актах и об эстафетной передаче активации при диффузии и рекристаллизации. Показал возможность кластерного механизма реакционной диффузии путем кооперативных структурных перестроек в слоях продуктов реакции. Построил структурную картину процесса газовой коррозии. Разработал новые методы защиты металлов от износа и коррозии: газовое хромирование, карбидизация электролитических хромовых покрытий, композитные электролитические покрытия. Изучал механизм мартенситных превращений, природу перегрева стали и возникновения специфических видов ее излома, механизм флокенообразования в стали. Ввел представление о квазиравновесной неоднородности твердых тел и о межкристаллитной внутренней адсорбции растворенных компонентов и примесей. Обнаружил явления конкуренции адсорбционно активных примесей в сплавах.

В 1965 году В.И.Архаров, один из ведущих советских специалистов по физическому материаловедению, был избран действительным членом Академии наук Украинской ССР. Вскоре он переезжает в Донецк, где создает лабораторию в Донецком физико-техническом институте и кафедру рентгенометаллофизики в Донецком государственном университете (1966—79 — профессор ДонГУ). С 1975 — заведовал отделом Донецкого института проблем материаловедения АН УССР.

Человек яркого творческого дарования, блестящий ученый, один из организаторов физической науки на Украине и создателей Донецкого научного центра. Его исследования способствовали развитию в Донецком регионе новых, перспективных направлений науки.

Архаров Владимир Иванович был также известен как ценитель и собиратель произведений живописи, сотрудничал в этом вопросе с Донецким областным художественным музеем, которому подарил ряд ценных экспонатов.

Умер Владимир Иванович Архаров в 1997 году.

К 100-летию ученого в Донецкe была проведена международная научная конференция, состоявшаяся в Донецком физико-техническом институте, куда съехались бывшие ученики, последователи Архарова, из Украины, Казахстана, России, Белоруссии. Донецкий областной художественный музей открыл к этой дате специальную выставку.

Дочь Ирина Владимировна Архарова (лауреат Государственной премии Совмина СССР, архитектор), написала книгу об отце — «Путь ученого», предисловие к которой написал президент НАН Украины Борис Евгеньевич Патон.

 

Подготовил Олег Пустовойт (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 8822   
Рейтинг: 
0

Николай Борисович БокийНиколай Борисович Бокий (1873 — 13 марта 1927) — советский ученый в области горного дела. По окончании Петербургского горного института (1895) работал на шахтах Донбасса.
С 1906 года Николай Борисович адъюнкт-профессор, с 1908-го экстраординарный, а с 1914-го - ординарный профессор Петербургского горного института.
В 1908 году Николай Бокий участвовал в расследовании крупной катастрофы, в результате которой на одной из шахт близ Юзовки погибли 274 чел. Свой доклад о взрыве на шахте он превратил в обвинение порядков, существовавших тогда в горной промышленности Донбасса. В 1912 большевистская газета "Звезда" цитировала этот документ в статье о бесправном положении шахтеров.
Бокий много сделал для внедрения на шахтах Донбасса сплошной системы разработок, переход на которую был прогрессивным для того времени. В трехтомном "Практическом курсе горного искусства" (1914) дал систематическое изложение основных процессов горного дела. Главной заслугой Бокия является создание основ аналитического метода проектирования горных предприятий. Сущность метода заключалась в том, что он, учитывая значение совокупности факторов, влияющих на стоимость добычи полезных ископаемых, давал возможность аналитически определять самую выгодную производительность рудника, способ вскрытия месторождения, размеры рудничных полей, этажей, выемочных участков и т.д. Находимые, т.о., решения должны соответствовать наименьшим капитальным затратам и эксплуатационным расходам при вскрытии и эксплуатации месторождений. Начиная с 1902 года Бокий опубликовал в "Горном журнале" ряд статей, касающихся разработанного им нового метода.
С 1921 года Николай Борисович Бокий был также членом научно-технического совета Главного горного управления ВСНХ РСФСР, а затем ВСНХ СССР и являлся ответственным консультантом "Донуголь", "Югосталь" и других трестов, активно участвуя в восстановлении и реконструкции горной промышленности страны. Первые труды Бокия посвящены рудничной вентиляции и другим вопросам, связанным с техникой безопасности.
В 1924 вышла стеклографированным изданием капитальная работа Бокия "Аналитический курс горного искусства". В 1929 году появилось посмертное издание этой работы.
Умер Николай Борисович Бокий в 1927 году. Специалист в области горного дела, ученый, разработал аналитический метод проектирования горных предприятий. Среди научных публикаций главная  - "Практический курс горного искусства", изданная в 3 томах в 1914 году.

dN

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 3781   
Рейтинг: 
+1

Леонид Лутугин

Леонид Иванович Лутугин - выдающийся ученый и исследователь, професор геологии.
Леонид Лутугин родился 21 февраля (4 марта) 1864 года в Санкт-Петербурге в большой купеческой семье, владельца ювелирного магазина.
Окончил курс в Горном институте и поступил на службу геологом в Геологический Комитет.
С 1897 года - профессор в Горном институте, в котором читал лекции по геологии в 1897-1907 годах. В 1890-1891 годах принимал участие в экспедиции по изучению Тиманского кряжа. За эту работу был награждён серебряной медалью Географического общества.
В 1892 приступил к изучению Донецкого каменноугольного бассейна, чем занимался более 22 лет. В 1893—1896 опубликовал отчёты о геологическом изучении посёлка Лисичанск и села Крымского (ныне - Луганская область), в которых доказал промысловое значение угольных отложений в Донбассе. В 1897 году вместе с Ф.М.Чернышовым опубликовал работу «Донецкий каменноугольный бассейн».
С 1908 года - вице-президент Императорского Вольного Экономического общества. Занимался детальным геологическим картографированием, создал сводную карту Донецкого бассейна. За эту работу он был награждён большой золотой медалью на международной выставке в Турине в 1911 году. В последние годы своей жизни занимался также изучением Кузнецкого и Челябинского угольных бассейнов. Изучая условия формирования угольных месторождений, объяснил частую смену пород колебательными движениями земной коры и установил зависимость качества углей от степени метаморфизма. Создал школу геологов-угольщиков (П.И.Степанов, В.И.Яворский, А.А.Гапеев и другие).
Леонид Иванович Лутугин был также активен в общественной деятельности. В 1903-1905 годах он принадлежал к «Союзу Освобождения» и сотрудничал в журнале «Освобождение». В октябре 1905 года участвовал в съезде, на котором образовалась конституционно-демократическая партия, и был избран в члены её центрального комитета, но скоро вышел из партии. В том же году был одним из организаторов Академического и Инженерного союзов, а также Союза союзов. В 1907-м баллотировался от трудовиков в Третью государственную думу, но не был избран. В том же 1907 году его уволили из Геологического комитета и Горного института.
В 1914 году по приглашению акционерного общества «Копикуз» он приехал в Кузбасс организовать геологическое исследование угольных месторождений Кузнецкого бассейна. Авторитет Латугина к этому времени был колоссален. За его плечами была работа в геологическом комитете, работа по составлению детальной карты Донбасса, получившая на международной выставке в Турине золотую медаль. Лутугин разгадывал самые таинственные, казалось бы, необъяснимые явления: находил пропавший вдруг пласт, указывал, где надо построить мост, чтобы не встретились угли и водоносные известняки. 
Работа в Кузбассе увлекла Леонида Ивановича. Это был сложный в геологическом отношении район, где Лутугин применяет свои методы геологического исследования. Штаб-квартирой Лутугина стал Кемеровский рудник. Свое знакомство с Кузбассом он начал с изучения долины Томи. Тщательно, сантиметр за сантиметром измерял Леонид Иванович отклонения горных пород вдоль берега Томи. Неутомимость Лутугина поража­ла геологов, работавших с ним, «Он с такой легкостью взбирался на крутые склоны, прыгал через широкие канавы, выкарабкивался из оврагов с почти отвесными стенами, что мы, его молодые помощники, уступали ему в этом, - вспо­минает геолог Александр Гапеев, - Целыми днями он мог ходить ни на минуточку не присаживаясь. Сапоги ему приходилось менять каждый месяц, потому что каблуки не выдерживали такой. нагрузки». Результаты геологического исследования сказались скоро. Уже в 1915 году Лутугин сделал вывод: «Куз­нецкий бассейн - богатый угленосный район, поразительны исключительной мощности пласты до 16 метров! Будущее за этим районом».
Своими делами Леонид Иванович приближал это будущее. Ведь его заработок шел на общественные и частные нужды: на помощь ссыльным каторжанам, на школу для детей бедняков, на поддержку исключенных студентов. У Лутугина не было семьи, не было никакой собственности, кроме отличной геологической библиотеки. Не было у него даже своей квартиры. Он мог бы нажить большой капитал, если бы только хотел этого. Но Леонид Иванович говорил: «Я живу как на блюдечке. Жить мне осталось немного. Нахапать много не успею, а некролог себе испорчу».
Умер Леонид Иванович Лутугин с 15 на 16(21) августа 1915 года в Кольчугино (ныне Ленинск-Кузнецкий Кемеровской области) на посту геолога-полевика. Похоронен в Петрограде на Волковом кладбище (на Литераторских мостках).
Горняки и геологи хранят па­мять о выдающемся исследователе, определившем направление развития угольной промышленности Донбасса и Кузбасса. Име­нем Лутугина назван один из пластов каменного угля, про­тянувшийся от Ленинска-Кузнецкого до Кемерово. Одна из улиц города шахтеров названа в честь выдающегося геолога, отдавшего свой талант изучению природных богатств России и завершившего свой жизненный путь на земле Кузнецкой.
В честь Леонида Ивановича Лутугина назван город Лутугино в Луганской области, улица в Макеевке.

Евгений Лавриненко (dN)
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 11839   

Для Вас работает elf © 2008-2016
Использование материалов ресурса в образовательных целях (для рефератов, сочинений и т.п.) - приветствуется.
Для средств массовой информации, в том числе электронных, использование материалов с пометкой dN - только с письменного разрешения редакции.