Донбасс от Гражданской к Отечественной

В 1921 году Украину и центральные районы России поразила сильнейшая засуха. В сложной экономической ситуации СНК Ульянова-Ленина принял решение об изъятии на Украине, традиционно считавшейся житницей Российской империи, запасы хлеба. Одновременно Ленин настоял на эвакуации в обезлюдевший в Гражданскую войну Донецкий регион 439 тыс. беженцев из голодающего Поволжья. Первоначально из волжан предполагалось сформировать рабоче-крестьянские продотряды, но, в конечном счете, этот прожект так и не был реализован. В 1921 году, объективно, хлеба на Юге России также не хватало. Тем не менее, зерно из Украины начали вывозить. Причем, до 15 января 1922 года только из Донецкой губернии, которая в 1920 году, почти случайно (точнее: по произволу центральных властей), оказалась в административных границах советской Украины, было вывезено 120 тыс. пудов хлеба. В результате, в 1921–1922 гг. на Украине, в том числе и в Донбассе, разразился невиданный голод. Были отмечены случаи людоедства. По подсчетам донецких совработников в 1921-1922 гг. в Донецком регионе голодали до 500 тыс. человек. В результате Гражданской войны численность населения края уменьшилось на две трети, экономический коллапс охватил горную, металлургическую, химическую (углеобогатительную) промышленность края. Читать далее

Донбасс от Хьюза до Ленина

История промышленного Донбасса – Донбасса заводов, шахт, портов и городов, а не курганов, табунов и набегов – начала зарождаться в период модернизации российской экономики на рубеже XIX-XX вв. Эта история прорастала, одновременно, в сухих отрогах солнечного Донецкого Кряжа, в промозглых кабинетах петербуржского Зимнего дворца, на скрипучих стапелях соленых лондонских доков и в брызжущих раскаленными искрами плавки цехах сталелитейных заводов Ньюпорта и Рура. А еще - в мельтешащей суете римских, брюссельских, парижских, мюнхенских, берлинских, чуть позже - и петербуржских банковских контор. Родовые схватки новейшей истории Донбасса протекали в горячке роста российского террористического революционного движения, а потому ее протяженное будущее с самого начала выглядело хрупким, призрачным, почти эфемерным. Читать далее