pornfiles

, гость


Если вы на сайте впервые, то вы можете зарегистрироваться!

Вы забыли пароль?
Ресурсы портала
В продаже - Счет, низкие цены! Невостребованные остатки
privatefx.company
дитяче взуття
bimboshop.in.ua
Зарубежная недвижимость. Интересные статьи и факты. Цены
gabetti.pro
Наши опросы
Как и любой другой регион на планете.
Край тружеников.
Бандитские трущобы.
Очень самобытный регион.
Задворки Украины.
Российская часть украинских территорий.
А что это?
Выскажусь на форуме.
Метки и теги
Читайте также

IX акция ко Дню влюбленных в Парке кованых фигур

14 февраля 2016 года, в День влюбленных, на Древе Счастья в Парке кованых фигур (Донецк) традиционно «вырастут» кованые валентинки! Гильдия кузнецов Донбасса приглашает влюбленные пары ...

Письмо жителя Мариуполя.

Я живу в Мариуполе уже 25 лет и никогда не покидал своего города, даже в самые тяжелые периоды последних полутора лет. Поэтому мне вдвойне обидно видеть,как наш город и его окрестности, под видом ...

О чем лжет Киев

Какие на самом деле требования к поправкам в конституцию Украины выставляют народные республики Донбасса? ДНР и ЛНР не предлагали украинской стороне закрепить квоту республик в украинском парламенте ...

«Пакт Суркова-Нуланд»: принуждение Киева к выполнению Минска-2

Обозреватель «Украина.Ру» Александр Чаленко комментирует итоги переговоров Владислава Суркова и Виктории Нуланд Российская политика на украинском направлении в последний месяц явно ...
{inform_sila_news}{inform_club}
Архив
Апрель 2017 (32)
Март 2017 (36)
Февраль 2017 (53)
Январь 2017 (83)
Декабрь 2016 (55)
Ноябрь 2016 (50)


Все новости за 2014 год
Рейтинг: 
0

27 апреля значится в "хроноскопе" donbass.NAME как День флага Донбасса. Именно в этот день в 1917 году на I Областном съезде Советов Донецкого и Криворожского бассейнов в Харькове был принят проект Флага Донбасса.

Откуда взялся новый флаг Донбасса
Наблюдая за стремительными событиями на юго-востоке Украины, многие обратили внимание на странный триколор самопровозглашенной Донецкой народной республики. Официально утвержденный стяг Донецка - горизонтально разделен на две равные части: верхнее поле поле - лазурное, нижнее - черное. Защитники из самообороны водрузили над администрациями черно-сине-красный триколор.  Откуда он взялся?
Тайну нового полотнища раскрыли геральдмейстеры: именно такой флаг согласно старым архивам был флагом Донецко-Криворожской советской республики. Этот проект был принят 27 апреля 1917 года в Харькове на первом Областном съезде Советов Донецкого и Криврожского бассейнов.
Что символизируют цвета? Красный - кровь, пролитую в борьбе за свободу. Темно-синий - дух народа, а также воды Азовского и Черного морей. Черная полоса - плодородную землю Юга Малороссии и уголь Донбасса.

"Комсомольская правда" 15 апреля 2014

Продолжение следует...

Подготовил Евгений Лавриненко

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1120   
Рейтинг: 
0

Павловск - название Мариуполя до 1779 года.
Город получил назавание в честь императора Павла. Был переименован в Мариуполь 21 мая 1779 года город  был переименован в Мариуполь.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 996   
Рейтинг: 
0

Николай Касаткин: "Шахтерка"1894 год. Холст, масло. 65,4x45 см. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Когда посетитель Государственной Третьяковской галереи, познакомившись с картинами художников шестидесятых, семидесятых и восьмидесятых годов XIX века, оказывается в зале, где размещены произведения Касаткина, он испытывает такое ощущение, словно перед ним открывается какой-то новый мир образов, чувств, идей.
И прежде всего он, пожалуй, направится к знаменитой касаткинской «Шахтерке».
Среди сокровищ русской живописи «Шахтерка» Николая Алексеевича Касаткина занимает весьма почетное место. А ведь это всего лишь этюд, написанный с натуры, – совсем небольшой холст.
И все же вряд ли кто безучастно пройдет мимо, не задержится перед ним.
В центре холста, отделенная от низеньких строений большим серым пространством двора, стоит молодая девушка-шахтерка. Во всем ее облике, в том, как она непринужденно держит конец перекинутой через шею косынки, как, горделиво подбоченившись, смело и чуть насмешливо встречает она взгляд зрителя, в том, как ничто ее здесь не стесняет, видна спокойная уверенность в себе, в своих силах. Эту уверенность еще не обрел кочегар у Н.А.Ярошенко, ее не было и у других героев картин русских художников этого времени, чья кисть касалась изображения быта рабочих.
Вера в свои силы, как характерная черта крепнувшего в классовых боях русского пролетариата, пришла в русское изобразительное искусство в образах, созданных Касаткиным.
Творчество народного художника Николая Алексеевича Касаткина является одним из заключительных звеньев в развитии искусства передвижников. В ряде его произведений зреют черты нового стиля – стиля социалистического реализма.
Представитель старшего поколения передвижников Н.А.Ярошенко справедливо видел в Касаткине своего прямого продолжателя. Действительно, тема «Кочегара» получила свое дальнейшее развитие именно в творчестве Касаткина, и все же искусство этого мастера существенно отличается от искусства его старшего собрата. Касаткин формировался, как художник, на целых десять-пятнадцать лет позднее, и его искусство было более органично связано с жизнью русского пролетариата, для которого 1880-1890-е годы являлись временем стремительного развития. Именно поэтому Касаткин смог запечатлеть в убедительных образах новые черты русского рабочего 1890-х годов, выступившего как могучая политическая сила в жизни страны.
С самого раннего детства Касаткин близко познакомился с бытом бедного трудового люда и навсегда проникся глубоким уважением к людям труда. Это определило направление и характер всего его искусства. Особенный интерес вызывала у Касаткина жизнь шахтеров. В 1892 году он впервые посетил Донецкий бассейн и затем из года в год в течение семи лет приезжал сюда, чтобы пополнять запас своих впечатлений.
Примитивные шахты, убогие землянки, тяжелая, беспросветная жизнь шахтеров произвели на художника огромное впечатление. «С трудом себя удерживаю, чтобы не уехать, – писал он родным.– Тут надо веревки, а не нервы, а у меня гнилые нитки».
Тяжелый труд шахтеров и нищенские условия жизни их семей отображены в ряде произведений Касаткина, таких как «Шахтер-тягольщик», «Углекопы. Смена», «Сбор угля бедными на выработанной шахте» и многих других. Но не только подневольный труд русского рабочего на капиталистической шахте привлек к себе взволнованное внимание художника,– он был далеко не безучастным свидетелем и того брожения в рабочей среде, которое, усиливаясь с каждым годом, неуклонно готовило мощный общественный взрыв первой русской революции. «На шахтах так тяжело, что я не мог остаться работать,– сообщал Касаткин родным в одну из своих поездок, находясь в районе Макеевской шахты «София». – В Юзовке нас было арестовали (там рабочее движение и забастовка! Все заперто и завод стоит)».
Касаткина в Донецком бассейне окружал сплоченный коллектив рабочих и работниц шахт. Жизнь и труд донецких углекопов, их запавшие глубоко в душу неизгладимые образы раскрыли перед художником новые горизонты, помогли ему понять новую эпоху, нового передового человека.
Особенно удавались Касаткину образы русских женщин. Изо дня в день, из года в год наблюдал он, как постепенно разгибалась веками согнутая спина женщин-тружениц, как русская женщина включалась в общую борьбу всех трудящихся за освобождение от капиталистического рабства. Постепенно из его творчества уходили такие образы, как «Печальная», «Сострадательная». Они сменились целой галереей ярких изображений тружениц шахт, фабрик и заводов, во всем облике которых отчетливо выражалось новое, активное, действенное начало. Таковы «Пряха», «Ткачиха», «Бедовая». Лучшей из этих работ, несомненно, является «Шахтерка».
Полная обаяния и внутренней теплоты, эта девушка сразу завоевывает симпатии зрителя. Она покоряет не только своей милой женственностью, но и бодрой энергией, которую излучает ее крепкая молодая фигура, ее лицо с решительными чертами, непринужденная манера держаться. В касаткинской «Шахтерке» сочетаются задорный огонек молодости и моральная чистота, благородство и поэтичность, сближающие ее с «Девочкой с персиками» В. Серова. Вместе с тем нельзя не отметить и черты психологического различия этих двух образов. «Шахтерке» присущи большая непосредственность и открытое общение со зрителем, ей несвойственно то поэтическое раздумье, которое несколько замыкает в себе высокие чувства юной героини Серова.
Сложный духовный мир своей «Шахтерки», ее мысли и чувства стремится раскрыть художник. Этим, собственно, и определяется композиция картины. Касаткин почти вплотную приближает фигуру девушки к раме, вводит лишь самый минимум обстановочных деталей, внимательно, точно, очень любовно прослеживает пластику лица и рук, все же остальное пишет более обобщенно.
Одета шахтерка в серенькую плохонькую потрепанную кофточку и светлую вылинявшую юбку, чуть виднеющуюся из-под темного рабочего фартука. Однако бедность этого рабочего наряда здесь вовсе не акцентирована, больше того, ее почти не замечаешь. Мастерская кисть художника умело раскрыла в убогой одежде шахтерки ее живописное богатство.
Тональность картины построена на том сером цвете, который так типичен для шахтных мест. Художник не отошел и здесь от правды жизни, но он насытил колорит картины целой россыпью оттенков, то доводя серый цвет до дымчатых тяжелых тонов, то добиваясь жемчужных, легких сочетаний. Живописная красота холста, опять-таки роднящая его с картиной Серова, придает этому этюду особенное очарование, насыщает его светлым оптимизмом. Манера же письма художника, свободная непринужденность его кисти, удивительно соответствующая характеру образа, при уверенной точности рисунка, сообщают этюду высшую гармонию целостной законченности.
Оптимизм шахтерки, богатство ее духовных и физических сил определяют весь строй этого поистине новаторского произведения.
Создав «Шахтерку» и целый ряд родственных ей образов, Касаткин сумел глубже, чем большинство современных ему художников, понять тенденции общественного развития, объективное содержание исторических процессов, ведущей силой которых являлся русский пролетариат. Именно поэтому начинания художника нашли дальнейшее, широкое и плодотворное развитие в произведениях нашей социалистической эпохи.

www.rodon.org

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1364   
Рейтинг: 
0

Постышево - бывшие поселок и железнодорожная станция, преобразованные в 1938 году в город Красноармейск.
Название Постышево существовало только 4 года. В 1934 году железнодорожная станция и поселок Гришино в честь П.П.Постышева переименовали в Постышево.

Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1166   
Рейтинг: 
0

Александр Петрович Грачёв - шахтер, Герой Социалистического Труда, депутат Верховного Совета РСФСР.
Александр Грачёв родился 12 апреля 1928 года в селе Сарай-Гир Оренбургской области.
Великая Отечественная война застала семиклассника Сашу Грачёва работающим в местном колхозе. После окончания войны до 1950 года трудился путейцем. Службу в Советской Армии прошел на Дальнем Востоке в морской пехоте.
После демобилизации Александр Грачёв уехал к сестре в Новокузнецк, где работал на металлургическом комбинате им.Сталина. Через два года, переехав в Башкирию, поступил в ремесленном училище. Освоив профессию электромонтёра, по комсомольской путёвке отправился в город Междуреченск.
На шахту им. Ленина Александр Грачев пришел в 1959 году. Работал лебедчиком, доставщиком-такелажником, горнорабочим, электрослесарем, помощником и машинистом комбайна.
В 1968 годуАлександра Петровича  назначают бригадиром очистной бригады, которая сразу включилась во  кузбасское движение под девизом «Каждому забою, комплексу, машине, механизму — высокую нагрузку» и первая на Томусинском руднике достигла тысячетонной суточной нагрузке на комплекс.
В 1970 году бригадиру ударной бригады была вручена первая награда — орден Ленина.
В 1974 году Александра Петровича удостоили звания «Почётный шахтёр». А через год - жители Междуреченска избирают Грачёва депутатом Верховного Совета РСФСР.
В 1975 году Александру Петровичу Грчеву вручают второй орден Ленина и присваивают звание Героя Социалистического Труда. Фамилия бригадира занесена на Доску почёта передовиков производства Министерства угольной промышленности СССР.
В 1985 году Грачев переехал на Донбасс, в город Зверево (Ростовская область), где работал на шахте «Обуховская».
В 1995 году Александр Петрович Грчев вышел на заслуженный отдых.

Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2173   
Рейтинг: 
0

Мы, члены Землячества Донбассовцев в Москве, в эти тревожные дни обращаемся ко всем гражданам Украины. Донецкий промышленный регион уникален. Он создан трудами  представителей многих народов, что сформировало его особый облик, в котором и сегодня видны черты казаков Войска Донского, украинских хлеборобов, русских и английских инженеров, представителей греческих, татарских, еврейских, немецких, сербских, болгарских общин. Святогорская Свято-Успенская лавра была на Юго-Востоке историческим, культурным и религиозным центром, равным по значимости Троицко-Сергиевой лавре.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1428   
Рейтинг: 
0

Генерал Александр КихтенкоАлександр Тимофеевич Кихтенко - украинский военачальник, генерал армии (с 23 августа 2008), Председатель Донецкой ОГА (10 октября 2014 - 11 июня 2015).
Александр Кихтенко родился 5 апреля 1956 года в городе Богодухов Харьковской области Украинской ССР.
С 1974 года Александр Кихтенко на службе в Советской Армии.
В 1978 году окончил Омское высшее общевойсковое командное училище им. М.В.Фрунзе. Начиная с командования взводом, служил на различных офицерских должностях.
В 1991 году окончил разведывательный факультет Военной академии имени М.В.Фрунзе.
После распада СССР продолжил службу в Вооружённых силах Украины. Был начальником управления Внутренних войск Украины по Запорожской области.
С 2001 года Александр Тимофеевич - первый заместитель командующего Внутренними войсками Украины, начальник штаба Внутренних войск.
С февраля 2005 года - командующий Внутренними войсками Украины, генерал-полковник (март 2006).
Имя генерала Кихтенко стало широко известно в период политического кризиса на Украине в 2007 году. Тогда Александр Тимофеевич Кихтенко открыто выступил на стороне Президента Украины В.А.Ющенко, тогда как среди оппонентов последнего был непосредственный начальник Кихтенко - Министр внутренних дел Украины Василий Цушко. В частности, Кихтенко заявил, что он не будет выполнять приказы Цушко, если они будут противоречить приказам Президента. Вскоре Ющенко переподчинил Внутренние войска Украины от Министра внутренних дел лично себе как Верховному Главнокомандующему. Также в апреле 2007 года генерал Кихтенко был введён в число членов Совета национальной безопасности и обороны Украины. Воинское звание генерал армии присвоено Указом Президента Украины В.А.Ющенко от 23 августа 2008 года.
10 октября 2014 года назначен губернатором Донецкой области Указом Президента Украины П.А.Порошенко. 11 июня 2015 года освобожден от занимаемой должности Указом Президента Украины П.А.Порошенко.

Награды:
Орден Богдана Хмельницкого II степени (22.02.2010);
Орден Богдана Хмельницкого III степени;
Медаль «За военную службу Украине»;
Медали СССР и Украины.

Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1056   
Рейтинг: 
0

Александровка - посёлок городского типа, административно подчинен Краматорскому городскому совету Донецкой области.
Географические координаты - 48°44′52″ с.ш. 37°27′13″ в.д.
Население по переписи 2001 года составляло 431 человек.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 994   
Рейтинг: 
0

На учредительной конференции 10 декабря 1996 г. в г.Москве было организовано Землячество Донбассовцев. За истекшее время численность организации быстро росла и на начало 2006 г. превысила 600 человек. Сегодня в состав Землячества входят бывшие и ныне действующие руководители государства, 20 министров, 21 генерал, 4 космонавта, выдающиеся ученые, народные и заслуженные артисты СССР и России, руководители крупных производственных предприятий и общественных организаций. Для руководства повседневной жизнью общественного объединения избрано Правление из 27 человек, в состав которого избраны наиболее активные и уважаемые представители.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2213   
Рейтинг: 
0

Фонд землячества Донбасса - это неправительственная организация, которая создана для оказания гуманитарной помощи жителям Юго-Востока Украины.
Фонд проводит работу по сбору средств и обеспечивает доставку в зону боевых действий жизненно необходимых лекарств, поставка которых чрезвычайно затруднена в условиях отсутствия гуманитарных коридоров. Фонд также собирает средства на операции и реабилитацию тяжелобольных детей, проживающих на территории этих республик, оказывает помощь в приёме и расселении беженцев на территории Российской Федерации, оказании им необходимой социальной, медицинской, юридической и иной помощи.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1884   
Рейтинг: 
0

Благодатное - село в Артёмовском районе Донецкой области.
Географические координаты - 48°41′33″ с.ш. 38°00′48″ в.д.
Население по переписи 2001 года составило 137 человек.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1131   
Рейтинг: 
0

Гавриил Константинович Цага - Заслуженный строитель РСФСР, "Лучший строитель Дона", Почетный гражданин города Зверево (25.06.2009).
Гавриил Цага родился 9 марта 1937 года в селе Бодичаны Сорокского района города Молдава в крестьянской семье.
После войны 16-летний Гавриил уезжает из родного села на Дон, чтобы обучиться профессии каменщика. Первое место работы стало единственным – почти 40 лет Гавриил Константинович Цага проработал в ОАО "Ростовшахтстрой". Начав каменщиком в комплексной бригаде, в 1965 году был назначен ее бригадиром. В бригаде работало до 60 рабочих почти всех строительных специальностей. Объекты строили с нулевого цикла, с закладки фундамента и до сдачи.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1425   
Рейтинг: 
0

Реверс монеты “Джон Джеймс Юз”

В 2014 году Монетный двор Национального банка Украины (НБУ) отчеканил юбилейную монету, посвященную Джону Джеймсу Юзу - британскому горном инженеру, металлургу, промышленнику, основателю металлургического завода, вокруг которого образовалось поселок Юзовка (до 1924 года), ныне - город Донецк. Монета введенав обращение 18 июля (2014).

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1189   
Рейтинг: 
0

Карта Новороссийской губернииНовороссийская губерния -  административно-территориальная единица Российской империи, располагавшихся во второй половине XVIII - начале XIX веков на территории Северного Причерноморья - 17641783 и 17961802 года.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2143   
Рейтинг: 
0

Александровкасело в Матвеево-Курганском районе Ростовской области.
Входит в состав Алексеевского сельского поселения.
Географические координаты - 47°38′07″ с.ш. 38°47′35″ в.д.
Население в 2010 году составило 759 человек.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1263   
Рейтинг: 
0

На Донбассе находится множество населенных пунктов с названием Александровка: 3 пгт и 3 села в Донецкой области, 4 села в Луганской области и 1 село в Ростовской области.

Донецкая область
Александровка — посёлок городского типа в Александровском районе
Александровка — посёлок городского типа в Краматорском городском совете
Александровка — село в Краснолиманском районе
Александровка — посёлок городского типа в Марьинском районе
Александровка — село в Славянском районе
Александровка — село в Старобешевском районе, Александровский сельский совет
Кроме того в 2008 году упразднено село Александровка в Старобешевском районе (Марьяновский сельский совет). Также название Александровка носило одно из поселений на территории современного Донецка.

Луганская область
Александровка — село в Новоайдарском районе
Александровка — село, Сватовский район
Александровка — село, Свердловский район
Александровка — село, Станично-Луганский район
Также Александровка используется как местное самоназвание города Александровска.
Нынешний Первомайск до 1920 года носил название Александровка.

Ростовская область
Александровка — село в Матвеево-Курганском районе Ростовской области.

Подготовил Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1735   
Рейтинг: 
0

Абазовка (Вторая Беленькая) - река, правый приток Казенного Торца.

dN

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1819   
Рейтинг: 
0

1. Незамедлительное и всеобъемлющее прекращение огня в отдельных районах Донецкой и Луганской областей Украины и его строгое выполнение начиная с 00 ч. 00 мин. (киевское время) 15 февраля 2015 года.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 982   
Рейтинг: 
0

Нагольный кряж - юго-восточная часть Донецкого кряжа.
Расположен в южной части Луганской области - Антрацитовском и Ровеньковском районах.
Наголный кряж представляет собой две параллельных гряды сильно возвышенных холмов с участками нетронутой степи. Рельеф осложнен прядями, гривами и куполами (Грибоваха, Дьяковский, Центральный). Геоструктурно кряж приурочен к снижению Донецкого складчатого сооружения. Сложен главным образом песчаниками, известняками и сланцами. Характерно жильное полиметаллическое оруденение.
Горные работы на территории Нагольного кряжа известны с древних времен. В скифо-аланскую эпоху здесь добывалось золото.
Геологи и промышленники периодически проявляли активный интерес к Нагольному кряжу благодаря гидротермальным жилам кварц-анкеритового состава с полиметаллическими сульфидами, а также золотом и серебром.
До Октябрьской революции на Нагольном кряже не только разведывали, но и реально добывали золото. В период с 1895 по 1897 год г-н Глебов добыл на Остром Бугре 7,4 кг золота и 16 кг серебра. Последнее дореволюционное исследования Кряжа сделал Яков Самойлов в 1906 году, после которого уже никто и не описывал полной картины минералогии Кряжа.
С 1929 по 1941 годы велась разведка на полиметаллы (цинк, свинец). Но месторождение признали не перспективным. Были еще несколько изысканий после Отечественной войны.
В украинский период золото снова не дает покоя, особенно новым украинцам. Хотя специалисты считают подобные поиски сомнительными аферами.

Геологические диковинки Нагольного кряжа
«Волосатики» - кристаллы чистейшего горного хрусталя утыканные иголками буланжерита.
Погреба с хрусталем, из которых наиболее интересны так называемые «карандаши», то есть кристаллы длиннопризматической формы, напоминающей карандаши. Чистота некоторых образцов хрусталя так велика, что если бросить такой хрусталик в стакан с водой, то он «пропадает», а если постучать одним кристаллом по другому то раздается характерный хрустальный перезвон.
Всевозможные сульфиды: галенит, сфалерит, бурнонит, буланжерит, тетраэдрит, пирит, халькопирит, арсенопирит.
Серебряные минералы типа эмболита или болеита.
Небольшие образчики находятся золота встречаются до сих пор.

Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2741   
Рейтинг: 
0

Благодатное - село в непризнанной Донецкой Народной Республике (до 2014 года - в Амвросиевском районе Донецкой области). Находится недалеко от районного центра - города Амвросиевки.
Географические координаты - 47°53′02″ с.ш. 38°29′16″ в.д.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1588   
Рейтинг: 
0

Санжаровка - село в Артёмовском районе Донецкой области.
Географические координаты - 48°26′12″ с.ш. 38°25′28″ в.д.
Население по переписи 2001 года составило 8 человек.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1778   
Рейтинг: 
0

2 ноября на территории, которая находится под контролем донецкого ополчения, пройдут выборы в парламент и выборы главы республики. С большой вероятностью первым избранным лидером ДНР станет Александр Захарченко, боевой командир, нынешний премьер ДНР. До войны Захарченко был горным электромехаником, работал в шахте. Его выдвижение поддержали другие лидеры ополчения, такие как Андрей Пургин и Денис Пушилин. Корреспондент «РР» встретилась с Захарченко в Донецке — не только поговорила с ним о разнице между командиром и чиновником, боевом братстве и высоких интригах, но и попала под минометный обстрел.

За столом, покрытым красной скатертью, сидит Захарченко. В его руке дымится сигарета. Прочие столики во всем зале с колоннами пусты. Лишь официант, бесшумно передвигаясь, время от времени меняет один чайник на другой, словно давно уже знает привычки премьер-министра Донецкой Народной Республики. За спиной Захарченко — высокие окна с тяжелыми занавесками. Над головой — широкая люстра. Одет он в тельняшку и защитного цвета куртку. Из-за стены слышен звон утренней посуды и голоса охраны, смягченные высоким ворсом ковров, величиной ресторана гостиницы «Столичная» и его пустотой. Захарченко вздыхает.
— Зайдешь в мой верховный совет и поймешь, что там верить никому нельзя, — делает затяжку. — Он тут у нас, на углу. Самое страшное, что для некоторых война — способ зарабатывания денег, передел сфер влияния… Моя мечта… Вы же спросили, какая у меня мечта, — стряхивает пепел. — Да, у меня есть мечта. Может, она идиотская. Может, вы будете над ней смеяться. Многие так и делают — смеются. И я на месте этих людей тоже смеялся бы над такой мечтой. Но… я же прекрасно понимаю структуру и экономику Донбасса, поэтому хочу, чтобы уровень жизни моих земляков был выше, чем в Польше. Край у нас уникальный, тут полезные ископаемые…

— Донбасс показал мне бедные деревни и шахтеров из копанок, которые…
— Нет, — закуривая, перебивает он. — Давайте сразу отделим шахты от копанок. Есть шахта, а есть копанка. Так вот, спуск в копанку — унизителен для шахтера. Мой отец тридцать с лишним лет отработал в забое. У меня самого полтора года подземного стажа. Но как профессиональный шахтер мой батя никогда не спустился бы в копанку. Спускаться туда — ниже своего достоинства.

— Почему?
— Шахта — это мужская работа. Копанка — просто способ изъятия угля из земли.

— Вы помните свой первый спуск в шахту?
— Да, я помню. И не забуду никогда. Хоть в семье и шахтеры, и они всегда про шахту рассказывали — когда я лез, я знал, что меня там ждет, но все было… дико.

— Страшно?
— Нет. Интересно. Страшно не было. Страшно становилось только два раза. Там бывает страшно во время выбросов и когда срываются вагонетки, а ты у них на пути стоишь. Но все это не так страшно, как то, что я каждый день вижу тут.

— Что вы тут видите?
— Только что приходил Абхаз — командир интернациональной бригады. Во вчерашнем бою у него есть трехсотые. Одному оторвало кисть руки. Инвалид. Я его сегодня видел, — смотрит на запястье, сжимает пальцы. — У меня тоже кисть была почти оторвана. Может, это и не так страшно. Страшнее было бы, если бы ему оторвало руку по плечо. Или пробило осколком голову.

«Цена того, за что мы боремся, гораздо выше цены нашей жизни»
— Разве вы еще не привыкли к потерям?
— Мы можем привыкнуть к количеству убитых. Для вас шесть убитых человек, которых нашли в захоронении, — трагедия. А мы тут не понимаем, почему шестеро для вас стали трагедией (речь идет о широком обсуждении в российской прессе и на дипломатическом уровне захоронений, найденных на территории ДНР. — «РР»), когда тут умирают десятками каждый день. Почему эти шестеро оказались особыми для журналистов? Почему?

— А как вы думаете, почему?
— Некоторые ответы, которые приходят мне в голову… Мне даже самому страшно произносить их у себя в голове. Когда убивают каждый день — это статистика. А когда нашли беременную женщину в том захоронении… и при этом совпали нужные политические моменты… А до этого они не совпадали — эти моменты. Или космические лучи не так сходились в нужной точке. Значит, те смерти были никому не интересны… Но у нас самих совсем другое отношение к смерти. Нас поймут, знаешь кто? Шахтеры, например, в Воркуте. В Кузбассе нас поймут. Каждый день я спускался в шахту, а брат — поднимался. Я поднимался, брат — спускался. Мать, жена — они ждут. Мы все понимаем, что можем спустившегося больше никогда не увидеть.

— А человек способен не переставая волноваться все эти часы, пока длится смена?
— Не способен… Поэтому для нас смерть — это притупленное ее осознание, которое с нами всегда. Мысль о смерти сидит в каждом шахтере и его близких.

— Эта мысль, когда смерть наконец происходит, помогает вам справиться с болью?
— Нет. Все равно больно. Но сама мысль о смерти сидит всегда и никогда не уходит.

— Если больно все равно, то какой от этой мысли прок?
— Она дает нам силу. Мы становимся сильнее от того, что постоянно готовимся к тому, что кто-то из нас не вернется. Почему на полях сражений нас не сломили, как в Харькове и Одессе? Для Одессы случившееся стало шоком, и она замерла. А мы были готовы к смерти, и для нас произошедшие события стали поводом к восстанию. Понимаете, смерть… тут важно, как ты к ней будешь относиться. За что ты должен умереть? Если ты понимаешь, за что, то ты уже готов отдать свою жизнь.

— За что?
— Я могу объяснить, — говорит он тихо и наливает из чайника. — Но я лучше покажу. Мы сейчас поговорим и поедем туда, где я тебе покажу, за что готов умереть я.

— А вы готовы умереть?
— У меня два ранения на этой войне.

— Я не спрашивала — прячетесь вы от опасности или нет. Я спросила — неужели вы прямо сейчас готовы умереть? — говорю я.
Он молчит. Пьет чай. Солнце широким пластом заходит через окно за спиной премьер-министра. Смешивается со светом, бьющим из люстры прямо над его головой. Захарченко пьет и смотрит в красную скатерть.

— Начнется завтра, — произношу я. — Солнце встанет над городом, как сейчас. Зайдет в это окно. И официанты будут так же тихо ходить с подносами по этим коврам. Но вас уже не будет за этим столиком. Вас вообще не будет. Поэтому позвольте мне повторить вопрос — неужели вы готовы умереть?
— Я буду говорить честно, — негромко отвечает он. — Смерти не боятся только идиоты. Я не идиот. Я боюсь смерти. Но если надо совершить действие, которое приведет нас к нашей цели, то я его совершу. Даже если ценой будет моя жизнь. Но я его совершу лишь в том случае, когда буду уверен, что этот бой либо эта война, взявшая у меня жизнь, приблизит нас к цели. Цена того, за что мы боремся, гораздо выше цены нашей жизни.

«Сделали из нас, гордых славян, рабов»
— О чем вы плакали в детстве?
— Машина переехала мою собаку. Я очень плакал, — невесело смеется. — Это была моя собака. Я готов был убить этого водителя. Я ему отомстил — пробил все колеса.

— Сколько лет вам было?
— Восемь. То впечатление, когда беззащитная собачка умирала на моих руках, оно… Мне было дико.

— Во время этой войны вам было так же дико?
— Слез не было, врать не буду. Но мне было дико, когда маленькая девочка умирала на моих глазах. Маленькая. Мне было страшно. Но я уже не восьмилетний мальчик. Плакать не стал. Только в душе остался какой-то такой налет — ржавчина какая-то. Я понял, что все поменялось. Что мы уже не будем прежними. Что наши души стали другими. И во мне появилось какое-то желание… я с ним борюсь. Желание заставить других почувствовать то, что чувствуем мы.

— Заставить кого?
— Я бы с удовольствием сходил в Варшаву, — ровным голосом говорит он. — Есть у меня счеты с поляками. Я бы посмотрел в подзорную трубу на город Львов… Хотя у меня целое подразделение из Львова воюет — львовский «Беркут». Но и у них сильное желание сходить к себе в город.

— Вы были пионером?
— Да, а комсомольцем не успел.

— Вы помните, как на вас надевали пионерский галстук?
— Да, меня и еще одного ученика из класса приняли в пионеры на полгода раньше остальных. Я выиграл олимпиаду по истории, — вздыхает. — Советский Союз, хотя в нем и было много неправильных моментов, был великой могучей империей. И мы чувствовали себя уверенно, гордо, мы смело и открыто смотрели в лицо любому. Мы не чувствовали себя униженными и пришибленными. А потом нам поменяли психологию и сделали из нас, гордых славян, рабов.

— Вы когда-нибудь чувствовали себя рабом?
— Два раза в жизни. Первый — когда не смог наказать человека, который сбил на моих глазах другого человека. Я прошел все инстанции, но не получилось — его оправдали. И я понял, что для системы я — раб.

— А вы думаете, в России все по-другому?
— Нет… Скажу даже больше. Ошибка России в том, что многие из вас — россиян — воспринимают нас как людей, которые от нищеты и от голода взялись за оружие. На самом деле Донбасс — один из богатейших регионов Украины. И дай бог каждому региону России жить так, как жил при Украине Донбасс. Мы жили богаче и дружней россиян.

— Отчего же вам захотелось в Россию? В России все будет не по-вашему, а по-нашему. Наша система ломает быстро. Особенно таких, как вы.
— Почему вы думаете, что система меня сломала?

— Я не думаю, что она вас уже сломала.
— Система ломает людей, которые не умеют гнуться. Если я иду во власть, значит, я должен гнуться? А я не буду гнуться. Я просто уйду из власти.

— И вы думаете, что вас отпустят — живым?
— На меня уже было два покушения. Не считая тех боев, в которых я участвовал. Я очень горячий по натуре человек, и мое подразделение участвовало во всех крупных сражениях этой войны. И почти во всех боях я был со своим подразделением. То есть я не бросал никогда своих пацанов. Ходил с ними. Во все рукопашные. Во все танковые атаки. И так далее, и так далее, и так далее… В освобождении Шахтерска. Шахтерск — это для нас как Сталинград. Возможность потерять свою жизнь я имел неоднократно.

«Мы должны идти своим путем — плох он или хорош»
— Когда вы чувствовали себя рабом во второй раз?
— Когда смотрел по телевизору на Майдан и понимал, что мы для них — рабы. Они воспринимают нас как рабов. И вот чтобы не стать рабом, я достал лопату и выкопал из своей клумбы личный автомат.

— Зачем мирному человеку автомат?
— Помимо автомата у меня там еще лежали два пистолета, ящик гранат и снайперская винтовка.

— Но вы же этим раньше не пользовались?
— Но это не значит, что я этого не имел. В этом плане я — настоящий украинец: шоб було.

— А вы русский или украинец?
— Я по матери русский, а по отцу — украинец. Но хотите посмеяться? Моя русская мать всю жизнь прожила в Украине, а отец — в России. Вот кто я такой? Кто?

— Кем вы себя ощущаете?
— Сейчас модно рассказывать про идею русского мира. Каждый ее понимает по-своему. Я отлично знаю, откуда есть пошла земля русская. Я прекрасно понимаю, что Русь святая была киевской. Русский мир — это объединение всех славян. Не то, как мы сейчас живем, — русские отдельно, белорусы отдельно, украинцы отдельно. Мы должны жить вместе, — вздыхает. — Но прекрасно понимая, что вместе — это не всегда означает быть равными, нам приходится выбирать из двух зол меньшее. И вот выбирая зло меньшее, я предпочитаю убивать все-таки фашистов и нацистов. Радикалов. Не знаю, как еще их можно назвать.

— Прямо убивать?
— Ну… перед тобой сидит боевой офицер. Правда у каждого — своя. Просто есть правда твоя и есть правда — его. И если я не буду стрелять, он выстрелит в меня первый. Понимаешь… есть разделение по территории. Есть разделение по политическим взглядам. А есть разделение кровью… Мы разделены кровью.

— Что вы чувствовали, когда на вас повязывали пионерский галстук?
— Гордость. И когда смотрел парад Победы. А на парад смотришь совсем по-другому, когда понимаешь, что один из наших вождей со спокойной совестью может снять с себя туфлю и стучать ею по трибуне ООН с угрозой «Я вам покажу кузькину мать». Но знаешь, когда встал вопрос, куда нам идти, я как человек здравомыслящий, а согласно справкам СБУ, у меня неплохо получается анализировать ситуацию, наверное, был единственным в своем кругу, кто говорил: «Знаете, ребята, нельзя нам ни в Таможенный союз, ни в Европу». Мы должны идти своим путем — плох он или хорош. Быть рабом в Европе — стыдно, это — унижение. А быть народом, который присоединился к России… Надо сделать так, чтобы мы были равными.

— Если Путин позовет вас на совещание, в чем вы придете?
— Я даже не знаю, в чем ходят к Путину.

— В чем придете вы?
— В костюме.

— Куда еще вы ходите в костюме?
— Я на работу ходил в костюме.

— Вы купите костюм для Путина специально?
— У меня есть костюм. Достаточно хороший. Я не был нищим.

— Но Европа не может воспринимать человека, который пошел и выкопал из клумбы автомат, иначе как дикаря.
— Они воспринимают нас варварами не потому, что мы для них — варвары. Они воспринимают тот образ нашего человека, который им навязали. А образ этот — варварский. Для них мы — воры, коррупционеры, тягающие медведей.

«Не смерть страшна. Страшно — как потом о тебе будут говорить»
— Вы могли бы носить в себе мысль не о смерти, а о распятии?
— А я встречный вопрос задам. Ты знаешь, как умирают шахтеры? Есть два вида шахтерской смерти. Первая смерть — он сгорает заживо. Вторая — его медленно раздавливает порода. Он задыхается. Он сутками умирает под давлением. А к нему прокопать ход невозможно. Слишком долго копать — не успеют. Обычно лаву запечатывают и оставляют шахтеров там. Как ты думаешь, что страшнее — такая смерть или распятие?

— Распятие.
— Почему?

— Земная порода неумолима, но у нее есть предел жестокости. А у истязающего — предела нет.
— Не смерть страшна. Страшно — как потом о тебе будут говорить.

— Что вы хотите, чтобы говорили о вас после смерти?
— Дай свою руку, — говорит он, и я протягиваю руку. Он поворачивает ее ладонью вверх. — Проживешь долго. Гарантированно долго.

— А вы?
— Я рос среди цыган и неплохо гадаю по руке. Но себе на руку я не могу смотреть. Почему ты решила, что можешь меня понять, разговаривая со мной?

— Это не первый наш разговор.
— Я помню.

— В Доме правительства в июле я подошла к вам, думая, что вы охранник Стрелкова. У вас была загипсована рука. Я спросила, не больно ли вам.
— А я ответил: «Нет». Мы тогда находились у Бородая — Стрелков и я. И мы с ним… очень плотно ругались по поводу сдачи Славянска. У нас был просто дикий скандал. И перед тем, как оттуда выйти, я произнес фразу: «Вы, Игорь Иванович, для нас по-другому пахнете».

— Потому что он из Москвы?
— Нет.

— Почему?
— Потому что для меня… — у него раздуваются ноздри, — снести девятиэтажки на окраине Донецка — дико.

— А он снес девятиэтажки?
— Мы ему не дали их снести.

— А он хотел?
— Да.

— Потому что он реконструктор и смотрит на войну как на игру?
— Потому что, по его мнению, обороняться в развалинах удобнее. Потому что он тут не живет. Но я прекрасно понимаю, что ты сейчас пытаешься сделать — выяснить, что я о нем думаю. А вот это — уже мое личное.

— Он был своим пацаном?
— Он был человеком, который воевал рядом с нами. Но его взгляды на ведение боевых действий не поддерживало девяносто процентов его войска.

— Как слишком жестокие?
— Нет, — мягко отвечает он. — Слишком другие. Он офицер и воспринимает войну как догму. А здесь другая война. И мы пытались ему объяснить, что наша война — другая, что она не заключена в тактических ходах, направлении ударов и в жестокой обороне. Ну нельзя этого делать. Если идти по догмам, то в обороне Славянска должно было участвовать как минимум двадцать тысяч человек. Тогда город гарантированно не был бы взят противником. А так как у него людей было только около шести тысяч, то оборона должна была строиться по-другому. Он по-своему герой. Он поднял знамя и так далее. Мы его за это уважаем. Но в тех вопросах, которые он пытался решить за счет жизней наших земляков… ну… мы бы сделали по-другому.

— Щадя?
— Нет. Жестокость — она обоюдная. Я не говорю, что мы были бы менее жестоки, чем он. Мы бы, может, были и более. Но мы бы поцеплялись за определенные районы и никогда бы из них не ушли. Потому что в них — жизнеобеспечение людей, которые находятся у тебя за спиной. А он этого не знал. Просто не знал. Но мы-то знали. Обороняя Краматорск, мы понимали, что обороняем самый мощный энергоузел Донецкой области. Обороняя Курахово, мы обороняем единственную теплоэнергостанцию, которая питает Донецк. Не отступая с дамбы Славянской, мы бы понимали, что поим водой всю Донецкую область. Бес почему не ушел из Горловки? Потому что там «Стирол». Он был ранен, лежал. Но его подразделение оставалось там. Знаешь, почему? Потому что Бес — местный.

«Ни одного пленного мы не расстреляли. Ни еди-но-го»
— Какая еще дикость должна случиться, чтобы вы перестали смотреть вокруг такими же отрешенными спокойными глазами, какими смотрите сейчас на меня?
— Знаешь, что мне в себе не нравится? У меня есть очень неприятная черта, от которой я не могу избавиться. Когда я злюсь, у меня раздуваются ноздри. Меня бесит эта черта. Она меня выдает. А во мне — просто бездна… Когда все только начиналось, и я посылал людей в бой, и они шли по моему приказу и умирали, выполняя задачу или не выполняя ее, я, честно говорю… у меня внутри было сильное что-то такое… А потом в один прекрасный момент там что-то сломалось. После этого я больше не посылал людей на смерть без себя. Вот идет подразделение — и я иду с ними. Я рядом иду. Я выполняю боевую задачу вместе с ними. Стреляю, в меня стреляют. Мы сходимся в рукопашной. Мы сидим в окопах. Меня режут, и я режу в ответ… А потом мне мои пацаны сказали, когда меня раненого вытащили: «Бать, мы все прекрасно понимаем. Мы знаем, почему ты идешь с нами. Не такие уж мы дураки. И мы ценим это. Но если ты погибнешь, что будет с нами? Мы и так пойдем, куда ты скажешь. Но останься живым. И сделай так, чтобы наши семьи получили то будущее, о котором мы мечтали и за которое мы погибли. То будущее, о котором мы мечтали, сидя в окопах и оря песни, потому что патроны кончились и нас ждала рукопашная». А девяносто пять процентов подразделения были ранены. Семь из ста не были задеты, но и у троих из них были контузии. — Он говорит тихо, словно боясь быть уличенным коврами, колоннами и занавесками в сентиментальности. — Я — внук своего деда. А еще я — правнук своего прадеда. У меня дома лежат их награды. Я часто подхожу и смотрю на них, и я понимаю — если мои деды и прадеды смогли, то и я смогу. И когда я попаду туда к ним, мне не будет стыдно, что я опозорил фамилию. Мы с ними встанем по старшинству. Но я не буду среди них как ребенок, я буду стоять мужчиной. Они проверят мой жизненный путь. Ошибок, наверное, наделал я массу. Но тот не ошибается, кто ничего не делает.

— Каким образом в вас сочетается доброта и такая жестокость?
— Вам это лучше знать.

— Вы чувствуете в себе жестокость?
— Ну… я могу быть жестоким.

— С кем?
— С врагом.

— Враг — человек?
— Человек. Поэтому я и отпускаю по двести человек врагов, потому что они — дети от восемнадцати до двадцати одного года. Но я оставляю офицеров, батальон «Донбасс», «Азов», «Айдар». Я оставляю снайперов и корректировщиков.

— Чтобы их убить?
— Мы их меняем. Ни одного пленного мы не расстреляли. Ни еди-но-го.

— Чья это была идея — устроить парад пленных?
— Моя.

— Жестокий и унизительный парад.
— Потому, наверное, во мне и уживаются дикая жестокость с добротой.

— Вам не было жаль?
— Кого, Марин?

— Их человеческое достоинство.
— Ну давай я тебе открою большую тайну — мы могли в тот день выгнать на улицу почти семьсот человек. Семь-сот че-ло-век. Такова была первоначальная идея. Но мы выгнали шестьдесят восемь — офицеров, наемников, снайперов и корректировщиков, которых я за людей не считаю.

— Как к вам пришла эта идея?
— Я смотрел телевизор. Порошенко сказал, что двадцать четвертого числа он пройдется победным маршем.

— И у вас раздулись ноздри?
— Да. Мысль родилась мгновенно.

— Жалеете об этом параде?
— Ни капли. А весь мир орал об этом моем поступке. Вот тогда я, наверное, и прославился. А я стоял и наблюдал за парадом.

— Что вы чувствовали?
— Жалость.

— Но ведь вы и были тем человеком, который мог это все остановить.
— Но я жалость не к пленным чувствовал, а к тем, кто их сюда послал. Рядом со мной стоял человек, у которого убили двух сыновей. И мать, сына которого они задушили.
«Эта война хуже гражданской войны семнадцатого года. Потому что это война со своими»

— В этой войне вы узнали что-то новое о человеке?
— Я видел столько героических поступков. Я видел предательство. Я видел трусость. Я помню глаза восемнадцатилетнего пацаненка, который, обвязавшись гранатами, кинулся под гусеницы танка.

— Почему вы его не остановили?
— Не успел. Я находился на другой стороне дороги. Я только успел подбежать и поймать его последний взгляд. Этот пацан подорвал танк, потому что танк лез на раненых. Их там лежало около тридцати человек. Он хотел их тупо передавить гусеницами и даже не стрелял. А пацаненок пожалел их. У него самого были перебиты ноги, но у него были гранаты. И он не раздумывал. А экипаж танка уже мы расстреляли, — он смотрит в мобильный телефон. — Пятьдесят восемь вызовов… Пять-де-сят во-семь… Когда Шахтерск был предан, нас туда пришло сто семьдесят восемь человек, а против нас была группировка из трех тысяч. У них было двести единиц боевой техники, а у нас — шесть. Мы за двое суток город практически освободили. По всем законам военной тактики, нас — наступавших — должно было быть минимум в три раза больше. А нас было в десять раз меньше. Это другая война. И жестокость тут — другая. И трусость — другая. Эта война хуже гражданской войны семнад-цатого года. Сказать почему? Потому что это война со своими.

— Врагов вы считаете своими людьми?
— Ну а почему они не свои? Многие наши соседи воюют на той стороне. Они не разделяют наших убеждений. Большинство военнослужащих с той стороны — родом из Донбасса. И они тоже вызывают огонь на себя, как мы это делали на Саур-Могиле.

— Кто вы для этого города?
— Ну-у-у… я лучше скажу, что этот город для меня. Я здесь хочу жить и умереть, — говорит мечтательно. — Я разговаривал со священником недавно, когда крестил дочку погибшего ополченца. Он отвел меня в сторону и задал только один вопрос: когда мы уничтожим людей, сидящих в аэропорту? Ты понимаешь, что меня спросил об этом священник — когда мы у-нич-то-жим?.. В нем в тот момент говорил не священник и не человек, а житель Донецка. А жители Донецка — совсем другие люди.

— Вы верите в Бога?
— Да.

— Бог видел парад пленных?
— Да. Он видел парад и он видел на нем меня. Бог видел, как я в тот момент грешил.

— А вы грешили?
— Конечно. Но я скажу одно. Этот парад перевернул сознание всего мира. И в первую очередь сознание тех людей, которые посылают сюда своих сыновей. У многих я вызвал антагонизм. Многие хотели порвать меня как бобика… Я был самым несчастным человеком на этом параде. На самом деле я в тот день напился. Но обратите внимание на то, как после парада изменилась конъюнктура политическая — даже в России. Все поняли, что идет война, а не АТО.
«В Минске у меня был выбор — предать или не предать. Я не предал»

— Вы постоянно вздыхаете. Что у вас на сердце?
— С ним все в порядке, просто оно болит. От того, что когда я во время парада смотрел на своих пацанов, мне хотелось их всех собой укрыть, чтобы они никогда в таком параде не шли… Знаешь, ведь эту войну вы не считаете ужасающей. Для вас ужасающая война — это сотни тысяч убитых, концлагеря. Но мир поменялся. Поменялись и войны.

— Расскажите про своего деда.
— Он всегда ходил в военной форме. Говорят, я на него похож. Мой прадед Степан Захарченко начал войну в полпятого утра под Брестом командиром гаубичной батареи и закончил ее в Праге… Я хочу, чтобы все закончилось и побыстрее воцарился мир.

— Вы сможете это сделать?
— Если произойдет предательство, то не смогу. Страшная вещь на самом деле — предательство. В Минске у меня был выбор — предать или не предать. Я не предал.

— При этом многие ополченцы недовольны тем, что их дома остались на территории, подконтрольной Украине.
— Но… я как нормальный военный понимаю, что армия истощена. Ты думаешь, у нас потерь нет? Есть. Пополнение приходит, но оно необученное. Срок обучения занимает два месяца.

— Российская армия вам не помогает?
— Это второе большое заблуждение россиян. В России много либеральных течений. И вот когда за этими течениями наблюдаешь, то начинаешь понимать, что та победа, которую мы завоевали… Не будем об этом. Чтобы ты понимала — с момента подписания мной соглашений пятого сентября и по второе октября мы отвоевали тридцать восемь населенных пунктов.

— То есть вы нарушали перемирие?
— Нет! Ни в коем случае! Мы стреляли в ответ! Всегда и постоянно. Ни разу — первые.

— А кого вы не предали в Минске?
— От нас ждали, что мы подпишем ту линию, после которой то, что мы забрали, мы должны были отдать. Я отказался это подписывать. Это было бы предательством по отношению к людям, которые там живут. По отношению к тем, кто все это с боем брал. Я тебе больше скажу… Я только что написал заявление об отставке. Ты сидишь сейчас рядом с человеком, который через два с половиной часа уже может не быть премьер-министром. И ты единственный журналист, который знает об этом. Я не могу предать своих людей. Я вчера всю ночь не спал. Мы решали, что делать дальше, и мы решили — не отступать. Но если я сейчас не уйду с этого поста, то я стану предателем. Потому что меня заставят подписать эту линию.

— Не подписывайте.
— Заставят.

— Кто?
— Ха-а-а… Пойдем, я покажу то, что хотел показать. Ты будешь жить гарантированно долго.

«Захочешь жить — в могилу нырнешь»
Группа из пяти мужчин обходит забор, за которым виднеется пустое пространство вокруг кирпичной церкви. Богородица, писанная в полный рост на стене, встречает их, когда, отомкнув калитку, они входят во двор. Мужчины идут прямиком к ней и там же встречаются с грозным ликом Христа. Их взгляды перебегают с нее на него. Заворачивают за угол. Здесь на лавке возле одноэтажного дома сидят старик и две старухи. Пробегают, скуля, собаки.
— Здравия желаю, — обращается к старикам Захарченко и в сопровождении охраны выходит на дорогу, засыпанную крошкой камня и щебня. Показывается разбитый продуктовый магазин.
— Все, пацаны, — говорит Захарченко. — Нет больше нашего магазина.
— Там мороженое было вкусное, — отзывается один.

Движутся мимо разбитых домов. Пробоины в крышах дымятся. Сворачивают в дыру, проделанную в бетонном заборе, огораживающем кладбище. Серые могильные плиты и выкрашенные бледной краской кресты тонут в высокой сухой траве. Некоторые могилы разбиты. С автоматами наготове мужчины идут по траве мягкой походкой, закрывая собой Захарченко и время от времени кружась на месте. Они принюхиваются и описывают круги, пугая могилы дулами автоматов. За забором, до конца которого они доходят, аэропорт. Там столбы с оборванными проводами упираются в небо, на котором — лишь чуть облаков. Захарченко прислоняется плечом к пробоине в бетоне, ведущей на дорогу к домам.
— А в том доме дед глухой жил, — говорит он и показывает на дом, из пробитой крыши которого курится белый дымок.
— Он еще на нас наорал, — отзывается кто-то из мужчин.

Дорога, на которую он сейчас смотрит, покрыта сухими листьями. Листья тяжело, неподвижно, словно затаившись в застывшем мгновении, лежат на потрескавшемся асфальте. Поперек дороги зеленеет кусок оторванной крыши. Белый ствол тополя держит повисшие провода.
— Пацаны, — напрягшимся голосом зовет Захарченко, — слушайте воздух.

В этот же миг воздух приходит в движение и надвигается на кладбище волной. Воет собака и захлебывается. Где-то неподалеку падает снаряд.
— Позвони Абхазу, обозначь, где мы, — говорит Захарченко поменявшимся голосом. — Слушайте воздух, слушайте воздух, — шелестит он.

Залп.
— Это уже ближе, — произносит Захарченко.

Залп.
— Рассыпались, пацаны!

Залп.
— Саша, это рядом. Саша, это совсем рядом.
— Какая красота, — доносится голос из-за могильной плиты. Смех. — Захочешь жить — в могилу нырнешь.
— Да тут трупами воняет! — смеется другой.
— Укропы своих приховали, наверное, — отзывается Захарченко. — Набрали Абхаза?
— Нет, еще не доложились.

Воздух снова приходит в движение и идет на кладбище свистя.
— Ложись!

Мужчины падают в землю. Разбитые могильные плиты выдают фонтан осколков. Приняв снаряд, кладбище, вздрогнув, успокаивается. Над ним распространяется тишина, которую прерывает мелодия, звучащая из кармана Захарченко: «Не думай о секундах свысока, наступит время, сам поймешь, наверное. Свистят они как пули у виска — мгновения, мгновения, мгновения…»
— Отходим, отходим, — поднимается он. — Они пошли в атаку. Пора тикать. Закрыть ее и вывести, — говорит обо мне. — Сделайте ей прикры…
— Ложись!

Залп. Земля принимает еще один снаряд.
— Бежим-бежим! — шелестят мужские голоса. — Пошли-пошли. Выключайте телефоны! Ло-жись! Встаем… Бежим-бежим. Ло-жись! Не останавливаться. На асфальт побежали. Все нормально. Все нормально.

Перебежав кладбище до конца, много раз падая на землю перед разрывом каждого снаряда, группа достигает конца кладбища и выходит на асфальтированную дорогу.
— Бегом! — крик, и группа молниеносно пересекает дорогу.

Теперь бегут, прижимаясь к заборам. Снаряды пробивают крыши домов.
— Это по нам работают корректировщики, — говорит самый молодой. — Они видят нас.

Добежав до поворота, группа утыкается в стариков, по-прежнему сидящих на лавочке и глядящих в небо. Рядом свистит снаряд. Оскалившись и поджав хвост, пробегает собака. Облаивает группу. Бежит дальше и скулит за поворотом.
— Почему вы отсюда не уходите? — спрашиваю стариков.
— Потому что они — с Донбасса, — с жестокостью в голосе отвечает за них Захарченко.

Он садится в машину. Поворачивается ко мне и произносит: «Мы будем жить гарантированно долго».

«Мы платим за свободу кровью. А кто-то откупается деньгами»
Захарченко идет по магазину «Амстор». «Это наш Саша», — слышатся голоса переговаривающихся посетителей.
— Здравия желаю, — отдает он честь деду. — Здравия желаю, — приветствует, оборачиваясь то вправо, то влево.

Он заходит в небольшую кофейню, расположенную в углу у самого входа. Здесь открыто бесплатное питание для всех, в лотках на прилавке — пюре, котлеты, салаты. Захарченко заказывает кофе, расплачивается и присаживается с пластиковым стаканчиком за столик.
— Ты готов к тому, что тебя предадут? — спрашиваю его.
— Конечно, — отвечает он.

— Те, в ком ты уверен?
— И это будет самое болезненное предательство. Но к этому надо будет подойти спокойно, иначе не пережить. У свободы — цена разная. Мы платим за свободу кровью. А кто-то откупается деньгами… Как ты думаешь, Путин в глазах всего цивилизованного мира — варвар? Варвар. Но если я горжусь этим человеком, то тогда, какая мне разница? Благодаря ему пробудилось то, что дремало в душах моего поколения. Он дал нам шанс что-то изменить. Если у нас не получится, мы умрем — не физически, а морально. Моральная смерть — это самое страшное. Умрет наш дух.

— А если Путин предаст?
— Ты задаешь провокационный вопрос. Но Путин никогда нас не предаст. Считай, что это моя чуйка.

— Кем ты себя чувствовал во время подписания минских соглашений?
— Чувствовал себя не в своей тарелке. Я смотрел и учился. Я замучил всех своими вопросами. Потом они сказали, что я — тупой, изворотливый и… наглый. Я сказал, что если бы судьба моей земли решалась на дуэли, то я бы, не задумываясь, вырезал бы всю вашу делегацию и сидел бы сейчас где-нибудь в Варшаве. Они — доходяги. Их одно удовольствие покромсать… Люди, которые умирают за свою землю, попадают в рай без очереди.

— Зачем ты сейчас рисковал своей жизнью?
— И твоей. Я чувствую себя негодяем. Я просто хотел тебе показать, что с нашим городом сделала война, но я не учел того, что есть корректировщики, которых мы не везде зачистили. Поэтому по нам лупил миномет. Но я должен был это предусмотреть…

«Была бы моя воля, я бы их своими зубами загрыз»
Захарченко заходит в огромный зал продуктового магазина. Ему навстречу выходит улыбающийся мужчина в костюме. Водит премьер-министра, которому, может быть, остался еще час времени на своем посту, мимо стеллажей с мукой, крупами, хлебом, сосисками, мясом и молочной продукцией.
— Самая ходовая — докторская, — не переставая улыбаться, приговаривает мужчина в костюме. — А это наша мука «Добрая выгода» — по акции, за пять девяносто восемь.

Кое-где полки зияют пустотой, но там, где продукты первой необходимости, — избыток. Возле стойки с булками Захарченко окружают посетительницы.
— Когда все закончится? — спрашивают его. — Освободите нас! Когда вы уже возьмете этот аэропорт?
— Да была бы моя воля, — отвечает он, — я бы их своими зубами загрыз.
— А что с пенсиями?! Скажите, что будет с пенсиями!
— Пенсии будем платить с нового года, — отвечает Захарченко, и женщин вокруг него прибывает. Среди них стоит одна — лет тридцати пяти, худая, с огромными голубыми глазами и вывернутым на сторону плечом. Пока женщины подходят к премьер-министру поблагодарить и задать вопрос, эта молча не сводит с его лица неподвижных глаз. Заметно, что ее бьет мелкая дрожь.
— А до нового года что?! — не успокаиваются женщины. — Вот мужчина — чернобылец, — они выталкивают вперед пожилого мужчину. — Ему жить не на что!
— До нового года будем выплачивать пособия, — говорит премьер-министр. — Тысячу восемьсот гривен.
— Саша, спасибо. Это — наш Захарченко.

Худая женщина подходит к нему близко, смотрит в глаза, дергается. Начинает говорить, и глаза ее заполняются слезами.
— У меня брат погиб. При обстреле возле школы. У меня, кроме него, не было никого. Что мне делать? Скажите мне, что мне делать?
— Я… — премьер-министр краснеет. — Я… не знаю, — он резко поворачивается и уходит.

Женщина стоит на месте, вывернув плечо и уткнувшись в него острым подбородком. Из ее глаз катятся слезы.

— Что ты чувствуешь? — спрашиваю я.
— А что я могу чувствовать? — его глаза синеют, и он, тяжело дыша, идет к выходу. — Вину я чувствую.

— Почему ты не поддержал ее? Почему не нашел для нее слов?
— А какие слова я могу найти? Что ее поддержит? Мои высокопарные высказывания? Я сожалею. Я со-жа-ле-ю! Но этого словами не выразишь. Надо что-то делать, чтобы она поняла, что смерть ее брата была не напрасной.

— Такие люди, как ты, хороши на войне. Но потом от  них принято избавляться, — говорю я.
— Мавр сделал свое дело, мавр должен уйти, — произносит он, садясь в машину.

— Мавр уйдет?
— Если мавр поймет, что война закончилась, то он уйдет с удовольствием.

Марина Ахмедова. «Русский репортер» №39 (367) 09 октября 2014

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1053   
Рейтинг: 
0

Герб Коммунарска

С 1961 по 1991 год город Алчевск носил название Коммунарск.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 3371   
Рейтинг: 
0

Андрей Евгеньевич ПургинАндрей Евгеньевич Пургин - предприниматель, общественный и политический деятель Донецкой Народной Республики, основатель движения "Донецкая республика", Первый заместитель Председателя Совета Министров (с 16 мая 2014), Председатель Народного Совета Донецкой Народной Республики (14 ноября 2014 года - 4 сентября 2015).
Андрей Пургин родился в Донецке 26 января 1972 года.
Закончил ДонГТУ, факультет компьютерных информационных технологий и автоматики.
Андрей Пургин принимал участие в противостоянии Оранжевой революции. В 2005 году возглавил русских регионалистов Донбасса, заявив о преемственности с Донецко-Криворожской Советской Республикой 1918 года. В ночь с 22 на 23 февраля 2005 года "Союз рождённых революцией" установил палаточный городок на площади Ленина в Донецке. Участники акции выдвинули 12 требований, среди которых: федеративное устройство Украины и придание русскому языку статуса второго государственного. Донецкий горсовет оспорил в суде законность установки палаток членами этой организации и 1 марта Ворошиловский районный суд Донецка обязал их свернуть.
19 марта 2014 года поступала информация о задержании Андрея Пургина сотрудниками СБУ, однако уже 22 марта он был на свободе.
19 апреля Служба безопасности Украины объявила Пургина в розыск по обвинению в терроризме.
20 июня был включён в санкционный список США.
5 сентября 2014 года Андрей Евгеньевич Пургин подписал Минское соглашение о перемирии со стороны ДНР.
28 февраля 2015 года Андрей Евгеньевич госпитализирован в больницу с подозрением на микроинсульт. Подозрения подтвердились (5 марта).
4 сентября 2015 года вечером этого дня стало известно об отставке Пургина, его должность в Народном Совете занял заместитель - Денис Пушилин. 5 сентября Пушилин объяснил отставку Пургина тем, что он «предпринял ряд политических заявлений, идущих вразрез с политикой всего государства».

Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1711   
Рейтинг: 
0

На Донбассе - четыре населенных пункта с названием Благодатное - поселок городского типа и село.

Донецкая область
Благодатное — село в Амвросиевском районе
Благодатное — село в Артёмовском районе
Благодатное — посёлок городского типа в Волновахском районе

Луганская область
Благодатное — село в Меловском районе

Подготовил Евгений Лавриненко (dN)

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 805   
Рейтинг: 
0

Лозовая (Лозная) - река, правый приток реки Айдар. Протекает в Белгородской области (РФ).
Длина реки составляет 28 км, площадь водосборного бассейна 380 км².
Устье реки находится в 227 км по правому берегу реки Айдар.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1167   
Рейтинг: 
0

В бассейне Северского Донца есть две реки Лозовые.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1658   
Рейтинг: 
0

Ворошиловск - название города Алчевска в период с 1932 до 1961 года.

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 4189   

Для Вас работает elf © 2008-2016
Использование материалов ресурса в образовательных целях (для рефератов, сочинений и т.п.) - приветствуется.
Для средств массовой информации, в том числе электронных, использование материалов с пометкой dN - только с письменного разрешения редакции.