Как мы не построили Новоазовскую АЭС

О том, что в Донецкой области должны были построить АЭС, но не построили, знают уже почти все. Много раз приходилось слышать, что от ядерного сюрприза нас спас В.И.Дегтярев, сказавший тогда: «Только через мой труп!» Но вот публикация в газете «Наш край» за 1999 год, где история с Новоазовской АЭС датируется 1977 годом, когда тов. Дегтярев был уже устранен от руководства областью и своим трупом аргументировать не мог. Отсюда – три возможных вывода: 1. Заслуги Владимира Ивановича несколько преувеличены. 2. Было несколько попыток реализовать проект Новоазовской АЭС. 3. Газета «Наш край» что-то путает с датами.

Правильный ответ рано или поздно найдется, а пока читаем публикацию в «Нашем крае». Она чрезвычайно познавательна в любом случае…

В июле 1977 года ПЭО «Донбассэнерго» обратилось в Министерство энергетики и электрификации СССР с просьбой запланировать на 19811990 годы строительство в Донбассе крупной атомной электростанции условной мощностью до 8-10 млн. киловатт.
К этому времени в крупнейшем энергетическом объединении страны – «Донбассэнерго» — работало девять тепловых электростанций, общая установленная мощность которых составляла 12,85 млн. кВт.
В 60-70-х и последующих годах у нас были сооружены крупные современные государственные районные электростанции: Славянская мощностью – 2,1 млн. кВт., Старобешевская – 2,3 млн. кВт, Луганская – 2,3 млн. кВт, Кураховская – 1,46 млн. кВт., Углегорская – 3,6 млн. кВт, Северодонецкая ТЭЦ – 320 тыс. кВт, Краматорская – 175 тыс. кВт., Мироновская – 540 тыс. кВт., Лисичанская – 73 тыс. кВт.
На новых тепловых электростанциях за четыре пятилетки было введено в эксплуатацию:
20 турбоагрегатов мощностью по 100 тыс. кВт. каждый.
25 турбоагрегатов – по 200 тыс. кВт.
4 – по 300 тыс. кВт.
5 блоков – по 800 тыс. кВт. – два на Славянской ГРЭС и 3 на Углегорской ГРЭС.
Электростанции ПЭО «Донбассэнерго» в 70-х годах ежегодно сжигали 25 млн. тонн угля, 5,5 млн. тонн мазута и 5 млрд. куб/м природного газа и были крупнейшими источниками загрязнения воздушного бассейна региона.
Донецкого угля для ГРЭС «Донбассэнерго» не хватало – ежегодно завозилось более 5 млн. тонн угля из Кузбасса, Караганды, с Урала, 5 млн. тонн мазута из Башкирии и Поволжья.
Известно, что моторесурс энергетического оборудования составляет максимум 30-35 лет, после чего оно в результате физического износа, подлежит замене или выводу из эксплуатации.
Причиной серьезной озабоченности руководителей ПЭО «Донбассэнерго» явилось предстоявшее сокращение генерирующих мощностей в энергетической системе Донбасса. Только в период 1971-1983 г.г. в результате полного физического износа предстояло вывести 1480 тыс. кВт. рабочих мощностей, в том числе закрыть Зуевскую и Штеровскую ГРЭС.
В дальнейшем, в связи с выработкой моторесурса, предполагалось закрыть Северодонецкую и Лисичанскую ТЭЦ, а также вывести из эксплуатации двадцать турбогенераторов мощностью по 100 тыс. кВт., в том числе три блока на Старобешевской, по пять блоков на Мироновской и Славянской и семь блоков на Луганской ГРЭС.
Неотвратимо приближались к выработке предельного ресурса и энергоблоки мощностью 200 тыс. кВт., а их вклад в энергетическое обеспечение Донбасса составлял 5 млн. кВт.
Словом, стареющим и изнашивающимся энергоблокам нужно было своевременно подготовить замену в 6-8 млн. кВт. Рассчитывать на строительство новых ГРЭС на угольном топливе, кроме Зуевской-2, не приходилось в связи с возрастающим дефицитом в топливном балансе Украины.
С другой стороны, в связи с интенсивным развитием отраслей тяжелой промышленности Донбасса предусматривался ежегодный рост нагрузки в системе «Донбассэнерго», существенное возрастание потребления электроэнергии.
Планировалось освоение Первомайского железнорудного месторождения возле поселка Ялты, разработка Богдановского угольного месторождения в Луганской области, строительство в Ясиноватском районе крупнейшей на Украине центральной агломерационной фабрики «Донбасс», новых шахт и заводов.
Не исключалось начало промышленной разработки месторождения урановых руд в Южной части Донецкой области, на чем настаивало Министерство специального машиностроения СССР.
По расчетам специалистов института «Энергосетьпроект» в создавшихся условиях реальный дефицит генерирующих мощностей в ПЭО «Донбассэнерго» к 1995 году должен был составить 3.500 тыс. кВт., а к 2000 году  достичь 7.000 тыс. кВт.
Проблему энергоснабжения Донбасса в последующие десятилетия могло решить только строительство атомной электростанции. Отступать  было некуда, другого пути решения энергетической проблемы просто не существовало. Как говорится в таких случаях, — Донбасс был поставлен к стенке.
На основании закрытого постановления ЦК КПСС и Совмина СССР о развитии отраслей народного хозяйства Минэнерго СССР поручило своему отраслевому институту «Атомтеплоэлектропроект» разработать в 1979-1980 гг. технико-экономический доклад (ТЭД) по определению площадок под строительство АЭС в Донбассе и других регионах страны.
В процессе выбора мест для строительства АЭС в восточных районах Украины первоначально рассматривались три площадки: Изваринская в Луганской области, Кураховская и Новоазовская в Донецкой области. Изваринская и Кураховская площадки в связи с дефицитом водных ресурсов были отклонены.
Для истории следует отметить, что в начале Кураховскую АЭС планировали расположить на правом берегу одноименного водохранилища, против действующей сегодня Кураховской ТЭС, со сносом села Ильинка. Максимальная мощность Кураховской АЭС не могла превышать 3-4 млн. кВт, что для решения проблемы энергообеспечения Донбасса на перспективу было явно недостаточно.
В конце концов, выбор был остановлен на двух площадках — Новоазовской и Седовской в Донецкой области, входящих в курортную зону Приазовья. Причем Седовская площадка, с нашей точки зрения, являлась совершенно не пригодной. Она имеет слабый наносной грунт, состоящий в основном из морского песка и ракушечника, как известно, на Кривой косе сегодня располагается орнитологический заказник «Кривокосский лиман» и зоологический памятник природы местного значения – «Кривая коса»
Местное руководство – Донецкий обком партии и исполком областного совета народных депутатов были поставлены в трудное положение. Они, с одной стороны, не имели права не выполнить постановление ЦК КПСС и Совмина СССР, а с другой – не могли дать согласие на размещение в курортной зоне Донбасса опаснейшего энергетического монстра.
В.И.Дегтярев к этому времени уже работал в Киеве, Б.В.Качура – первый секретарь обкома партии был молодым руководителем.  Мужественную и последовательную борьбу против АЭС повел председатель облисполкома Дмитрий Матвеевич Гридасов, являвшийся депутатом Верховного Совета СССР и председателем депутатской Комиссии по охране окружающей природной среды Совета национальностей Верховного Совета СССР.  Он на всех совещаниях и заседаниях убедительно, аргументировано и настойчиво разъяснял проектировщикам из Харьковского отделения института «Атомтеплопроект», ведшим разработку и согласование ТЭД  с властями Донецкой области, неразумность этой затеи.
Аргументы у него были железные.
Техногенная нагрузка на природу и человека в Донбассе превышает допустимые санитарные нормы в десятки раз и все экологические резервы биосферы региона давно использованы.
К тому же Донбасс перенаселен. В Донецкой и Луганской областях проживает более 8 млн. человек. Плотность населения на один квадратный километр в Донецкой области достигает 202 человека.
Побережье Азовского моря от Ростовской до Запорожской границы является главным цехом здоровья Донбасса, его основной курортной зоной, где ежегодно отдыхают и поправляют свое здоровье до двух миллионов человек. Это морская здравница Донбасса – бесценный дар природы, его богатейшая рекреационная зона, уничтожать которую никому не дано права – это будет преступление против природы и населения Донецкого региона.  А в связи со строительством Новоазовской АЭС, по соображениям радиационной безопасности, придется ликвидировать все существующие пансионаты, базы отдыха и пионерские лагеря от поселка Седово до Мариуполя. А таких баз более двухсот и все они попадают в 30-километровую санитарно-защитную зону АЭС.
Одним из главных и неожиданных для проектантов аргументом против строительства АЭС, стало Азовское море и его ежегодно снижающаяся рыбопродуктивность.
Мелководная, хорошо прогреваемая прибрежная зона Таганрогского залива всегда была крупнейшим нерестилищем азовского рыбного стада. Энергетики планировали на месте нерестилищ создать пруд-охладитель Новоазовской АЭС, отгородив 16 километровой дамбой 60 кв. км мелководья от Кривой косы на запад в сторону села Безыменного.
Хорошую поддержку в этом деле Донецкому обкому партии и облисполкому оказало Министерство рыбного хозяйства СССР, которое категорически возразило против уничтожения энергетиками нерестилищ многих ценных рыб в прибрежной зоне Донецкой области.
Немаловажным фактором являлось и то, что почти рядом с АЭС – в 35-40 км от нее, — оказывался крупнейший промышленный центр и единственный морской порт Донбасса – Мариуполь, население которого составляло полмиллиона человек.
При серьезных технических неполадках на такой крупной АЭС, как Новоазовская, приводящих к аварийным выбросам радиоактивных веществ и повышенной угрозе радиационного загрязнения прилегающих районов, выселить 500 тысяч мариупольцев в безопасные зоны было делом нереальным.
Все эти трудные разговоры шли в Донецке за пять лет до Чернобыльской катастрофы, поэтому и проектанты, и энергетики дружно заверяли, что «такого быть не может и никогда не будет».
Дмитрий Матвеевич умело осаживал нахрапистых проектантов, уличая их в экологической безграмотности. На совещании в Донецке в январе 1981 г., когда уже был разработан ТЭД, проектировщикам было предложено рассмотреть вариант размещения АЭС с удалением ее от Азовского моря на 20-25 км в районе Павлопольского водохранилища с использованием его в качестве пруда-охладителя.
Этот вариант тоже оказался неприемлем, так как мог привести к засолению более 6 тыс. га пахотных земель. Нужно было сооружать пруд-охладитель с морской водой, строить подводящий и отводящий каналы. Использование градирен в целях защиты пахотных земель от засоления также исключалось в связи с невозможностью их работы в соленой воде.
При дальнейших расчетах размещение АЭС на Павлопольском водохранилище оказалось вообще невозможным в связи с дефицитом воды в районе Ждановского промузла, достигавшим 4 куб. м в секунду.

Добавить комментарий