Под ногами – сокровища, а в кошельке – гроши

Административная карта Донецкой области

“Нищие на золотой скамейке” — так говорят о гражданах богатой природными ресурсами южноамериканской страны Перу.

Аналогичное высказывание можно адресовать и жителям Донецкой области. Почему?
Об этом специально для рассказывает ученый с мировым именем, академик, доктор геолого-минералогических наук, профессор, заведующий кафедрой полезных ископаемых и экологической геологии Донецкого национального технического университета Борис Панов.

Донбасс — регион нефти и газа!
— В общественном сознании Дон­басс давно и прочно ассоциируется с углем. А между тем это не только угольный, но нефтегазоносный регион, — говорит геолог. — На глубине свыше шести с половиной километров здесь найдены колоссальные запасы газа. Они просачиваются наверх, абсорбируются (поглощаются) углем. Поэтому в песчаниках, угленосных сланцах, угольных пластах так много газа, который часто становится виновником подземных трагедий.
Благодаря работе геологов на окраинах Донбасса выявлено значительное количество нефтегазоносных месторождений. Их общие запасы — двенадцать триллионов кубометров ценнейшего сырья. Это подобно такому гигантскому месторождению, как Самотлор в Западной Сибири. Не исключено и открытие новых месторождений… Нам нужно смелее идти на большие глубины, на горизонты четыре, пять, шесть, семь километров, бурить скважины и искать там нефть и газ. Правда, есть тут одна закавыка. Без серьезной геофизики в этом случае уже не обойтись. Ведь нефть и газ могут находиться даже в твердых породах — гранитах.
Пока же мы свой газ толком не используем и не особо ценим. Вот вам пример, подтверждающий это. Недалеко от дороги, ведущей из Донецка в Макеевку, несколько лет назад геологи проводили разведку. Бурили скважины и случайно наткнулись на газовую “ловушку” (смещение пластов). Газ начал выходить на поверхность, и, чтобы он не причинил огромных бед, его просто подожгли. Факел отлично было видно с дороги, он горел около двух лет…
В мире даже к небольшим разрозненным месторождениям принято относиться бережно, если хотите, экономно. Скажем, в американском штате Калифорния был дефицит газа. И вначале там думали, как лучше врезаться в нитку газопровода, которая идет от Аляски к югу. Но потом подсчитали затраты, увидели, что это дорого, и начали искать другие пути решения проблемы. В частности, обратили внимание на угольный бассейн, расположенный всего в трехстах километрах от Калифорнии. Разработали специальную технологию. На шахтное поле теперь выезжает специальная установка, пробуривают скважину и “высасывают “ газ, который потом используется для выработки электроэнергии, отопления помещений, подогрева воды и т.д. Это оказалось экономически выгодно, кроме того, “освобождалось” от газа, становилось менее опасным само шахтное поле. Казалось бы, нам нужно просто взять и последовать уже проверенной практике. Но проблема в том, что бурить нужно по особой технологии. А ее у нас нет. Можно было бы купить, но и с этим как-то не складывается.
Что же касается нефти, то по окраинам Донбасса уже много лет прямо-таки “просятся” на поверхность ее проявления. Например, на донецкой шахте “Лидиевка” и в Красноармейском районе области нефть сочилась из песчаника, люди набирали ее в ведра и бутылки. Приносили нам на исследования. И лабораторным способом было установлено: объект исследования — самая обыкновенная нефть. И основные ее запасы надо тоже искать на больших глубинах…

Циркон ждет своего часа
— В поселке Донской, что под Волновахой, находится одно из богатейших в Украине месторождений циркона, — продолжает ученый. — Он знаком человечеству с древнейших времен. Красиво окрашенный — золотой, оранжевый, розовый циркон использовали как амулет, который и “сердце облегчит, и кручину, недобрые мысли отгонит, разум и честь умножит”. Сегодня из него получают редкоземельный металл цирконий. Внешне чистый цирконий похож на сталь, но он значительно прочнее ее. Обладает высокой пластичностью и исключительной стойкостью к агрессивным средам. По антикоррозийным свойствам превосходит титан и ниобий. Благодаря чрезвычайной стойкости применяется в медицине. Из сплавов циркония изготавливают кровоостанавливающие зажимы, хирургический инструмент и даже нити для наложения швов при операциях на головном мозге.
Кроме того, цирконий — ценный легирующий элемент. Он повышает твердость, прочность, улучшает обрабатываемость, свариваемость стали, делает структуру металла мелкозернистой. Используют этот металл и в ядерной промышленности. В цирконий “одевают” урановые стержни. Это основной конструкционный материал реакторов атомных электростанций и подводных лодок.
Цирконий пользуется постоянным спросом на мировом рынке, и цены на него ежегодно растут не меньше, чем на 10 процентов. Но у нас он пока не разрабатывается и прибыли не приносит.

Алмазы и не только
— Некоторое время назад сотрудники Приазовской геологической экспедиции обнаружили в Тельмановском районе Донецкой области кимберлит. Ему насчитывается около 400 миллионов лет, — подчеркивает Панов. — Кимберлитовые трубки выходят на поверхность и представляют собой воронкообразные вкрапления магмы, миллионы лет назад выплеснувшейся на поверхность земли. В состав этой магмы входит множество различных минералов, в том числе и алмазы. Однако определить, насколько велики здесь алмазные запасы, пока сложно. Дело в том, что опытные образцы магмы исчисляются килограммами, в то время как для точных выводов необходимы тонны “руды”.
Сейчас проводятся консультации с геологами Австралии, которая является одним из мировых лидеров по добыче алмазов. Там разработана интересная методика оценки алмазоносности кимберлитов по сопутствующим минералам. По образцам, взятым из двадцати известных месторождений, отслежены некоторые закономерности, которые позволяют определить возможность промышленной добычи. С помощью высокоточной аппаратуры определяются соотношения никеля, цинка, циркония, итрия и т.д. (примерно 28 элементов). Когда по этой методике проанализировали образцы кимберлита из Приазовья, то выяснилось, что содержание алмазов в них находится на уровне, позволяющем говорить о промышленной разработке.
В Приазовье уже выделено семь кимберлитовых проявлений, отмечены перспективные участки коренных месторождений алмазов и минералов-спутников. Найдены первые мелкие алмазы. Они пока не представляют ювелирной ценности, но могут сигнализировать: на глубине находится крупное месторождение. Чтобы выяснить, так ли это, надо вкладывать серьезные средства в геологоразведку. Пока же их недостаточно, и вопрос с алмазами остается открытым. Зато точно известно о наличии в Донецкой области еще целого ряда полезных ископаемых, которые можно было бы разрабатывать. Это и железная руда, и ртуть с сурьмой, и прекрасные глины, и ставролит, и прочее. У нас сосредоточена пятая часть всех природных ресурсов Украины. По оценкам канадских и американских ученых, их суммарная стоимость составляет три триллиона долларов, и каждый житель Донецкой области только за счет полезных ископаемых как бы обладает капиталом в 600 тысяч долларов. Но, к сожалению, мы не Саудовская Аравия и не Аляска, где каждый житель только за то, что он там живет, получает 1.000 долларов к зарплате. А тот, кто родился в Саудовской Аравии, сразу, в момент рождения, обзаводится банковским счетом, на который государство кладет сто двадцать тысяч долларов. Растет человек, увеличивается счет, и к совершеннолетию на нем накапливаются весьма внушительные суммы. У нас пока все иначе. Сокровища подземных кладовых никак не влияют на благосостояние донбассовцев…

Ирина ПОПОВА, Укррудпром

Добавить комментарий