, гость


Если вы на сайте впервые, то вы можете зарегистрироваться!

Вы забыли пароль?
Ресурсы портала
Наши опросы
Как и любой другой регион на планете.
Край тружеников.
Бандитские трущобы.
Очень самобытный регион.
Задворки Украины.
Российская часть украинских территорий.
А что это?
Выскажусь на форуме.
Метки и теги
Читайте также

XML error in File: http://news.donbass.name/rss.xml

XML error: Undeclared entity error at line 12
{inform_sila_news}{inform_club}
Архив
Ноябрь 2017 (8)
Октябрь 2017 (36)
Сентябрь 2017 (65)
Август 2017 (43)
Июль 2017 (35)
Июнь 2017 (40)


Все новости за 2014 год
Сортировать статьи по: дате | популярности | посещаемости | комментариям | алфавиту
Рейтинг: 
Тимофей НагорныйДамы и господа! Не пропустите! Только 25 августа и только на donbass.NAME в специальном топике форума состоится online-интервью с Тимофеем Нагорным.
Правда ли, что Тимофей когда-то работал старшим пионервожатым, служил на Байконуре и помог Дмитрию Халаджи попасть в «Книгу рекордов Гиннеса»? Правда ли, что он любит прыгать с парашютом и плавать среди акул? Чем Тимофей Нагорный занимается в свободное от работы время и есть ли у него страничка в Интернет? На Ваши различные вопросы Тимофей Нагорный ответит 25 августа на форуме donbass.NAME.
Оставить комментарий: (10)    Просмотров: 6839   
Рейтинг: 
0
Дорога вдоль моряПитання про роль та місце іноземців у структурі вітчизняного підприємництва, незважаючи на існування великої кількості історико-економічних досліджень, не вважається достатньо вивченим. Вітчизняна історіографія, як дореволюційна, так і радянська, не приділяла спеціальної уваги вивченню діяльності іноземної, зокрема грецької, буржуазії в Російській імперії.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2547   
Рейтинг: 
Флаг УкраиныУважаемые посетители donbass.NAME!
12 августа стартовала украиноязычная версия ресурса.
Этот шаг редакция портала реализует не в угоду моде или каким-либо политическим веяниям. На взгляд редакции многоязычность будет полнее и объективнее отображать специфику такого многонационального региона как Донбасс.
Обратите пожалуйста внимание, на то, что языковые версии не будут полностью синхронны. На ряду с переведенными материалами, будут и публикации на одну и туже тему различных авторов в зависимости от языка оригинала статьи.
Оставить комментарий: (5)    Просмотров: 2773   
Рейтинг: 
0
Об'єднання КомпьютерОб’єднання «Комп’ютер» Донецького обласного Палацу дитячої та юнацької творчості починає свою історію з 1987 року, коли Ольга Алимівна Фесенко (зам. директора Палацу по навчально-виховній роботі) створила гурток користувачів програмних калькуляторів. З’ясувалось, що цей напрямок роботи став перспективним, тому в 1991 році гурток вийшов на новий рівень. Після закупки 10 комп’ютерів «Пошук» було організовано комп’ютерний клас. З 1992 року до роботи класу підключилась Тетяна Семенівна Гончарова, на той час – випускниця факультету програмного забезпечення ДПІ. Так було створено об’єднання «Комп’ютер».
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1961   
Рейтинг: 
0
Петро Тимофійович ТронькоУчений-історик, голова редакційної колегії 26-томної «Історії міст і сіл Української РСР» державний і громадський діяч, академік Національної академії наук України (1978), заслужений діяч науки і техніки України (1990), лауреат Державної премії СРСР (1976), Герой України (2000).
Петро Тимофійович Тронько народився 12 липня 1915 року в с.Заброди Богодухівського повіту на Харківщині. Трудову діяльність розпочав у 1932 р. робітником шахти у м.Дзержинську Донецької області. Після закінчення учительських курсів працював учителем суспільствознавства та української мови у сільській школі Богодухівського району, директором дитячого будинку м. Лебедина. З 1937 р. Петро Тимофійович — на комсомольській роботі: був секретарем Сумського, першим секретарем Станіславського обкомів ЛКСМУ. Від перших днів Великої Вітчизняної війни перебував у діючій армії. У складі військ Південно-Західного, Сталінградського, Південного та 4-го Українського фронтів пройшов важкими дорогами війни, брав участь в обороні Києва і Сталінграда, визволенні Ростова-на-Дону, Донбасу. З першими підрозділами Червоної армії увійшов у звільнений Київ (6 листопада 1943 р.). Військове звання — майор авіації.
Після закінчення Київського державного університету (1948) був зарахований до аспірантури Академії суспільних наук при ЦК ВКП(б) і через три роки захистив кандидатську дисертацію. Впродовж 17 років (1961—1978) працював заступником Голови Ради Міністрів України, займався питаннями культури, освіти, охорони здоров’я.
Роботу в державних органах П.Т.Тронько вдало поєднував з науковою діяльністю. В 1968 р. захистив докторську дисертацію, опублікував ряд монографій — «Безсмертя юних», «В боях за Вітчизну», «Подвиг твої х батьків» тощо. Був автором, керівником, членом редколегії кількох фундаментальних праць («Історія Української РСР», «Історія Києва», «Українська РСР у Великій Вітчизняній війні Радянського Союзу 1941—1945 рр.» та ін.). Головне дітище П.Т.Тронька — унікальне 26-томне видання «Історія міст і сіл Української РСР». Колосальна, безпрецедентна за свої ми масштабами робота, в якій брали участь більше 100 тис. осіб, була здійснена у рекордний термін — за неповні 12 років. У 1976 р. це капітальне видання і його керівник удостоєні Державної премії СРСР у галузі науки і техніки.
П.Т.Тронько виконував важливі державні доручення і завдання за межами України: очолював урядові делегації на міждержавних переговорах з краї нами Європи та Азії, був головою делегації України на Всесвітній виставці в Канаді, на сесії Генеральної асамблеї ООН.
У 1978р. П.Т.Тронька обирають академіком і віце-президентом Академії наук України. З 1979р. він керує відділом історико-краєзнавчих досліджень в Інституті історії АН УРСР. Під керівництвом ученого (протягом 22 років на громадських засадах він очолював також правління Українського товариства охорони пам’яток історії і культури) розпочалася робота з підготовки «Зводу пам’яток історії і культури України», побачив світ каталог «Памятники истории и культуры Украины», довідник про пам’ятники Великої Вітчизняної війни «Навечно в памяти народной». За його ініціативою і безпосередньою участю розгорталася робота із спорудження музеї в народної архітектури і побуту в Києві, українського козацтва на о. Хортиця в Запоріжжі, музею Великої Вітчизняної війни 1941—1945 рр. та ін. Перу дослідника належить понад 600 наукових праць, зокрема 17 монографій.
Із здобуттям Україною незалежності Петро Тимофійович зосередився на науковій, науково-просвітницькій та науково-організаційній діяльності, а також захисті і відтворенні пам’яток історії і культури. Будучи Головою комісії з відтворення визначних пам’яток історії і культури при Президентові України та Всеукраїнського фонду з відтворення історико-архітектурної спадщини ім. О.Гончара, доклав чимало зусиль для справи відтворення духовних святинь народу. Як дослідник історії України періоду Другої світової війни він, очолюючи головну редколегію багатотомної серії книг «Реабілітовані історією», проводив велику координаційну роботу, завдяки якій було повернуто добре ім’я сотням тисяч жертв тоталітаризму. Як голова Всеукраїнської спілки краєзнавців (з 1990 р.) багато зробив для того, щоб пробудити у широких верствах населення інтерес до дослідження рідного краю, перетворити краєзнавство на масовий рух. Результатом такої плідної діяльності стало відновлення Михайлівського Золотоверхого та Успенського соборів, видання цілого ряду цінних праць — двох частин І-го тому «Зводу пам’яток історії і культури України», п’яти томів серії «Реабілітовані історією» та ін., журналів «Пам’ятки України», «Краєзнавство» тощо. Відома діяльність вченого і як депутата Верховної Ради України дев’яти скликань.
Почесний громадянин міст: Богодухова, Лебедина, Переяслава-Хмельницького, Канева, Харкова, Києва, Кам'янця-Подільського.
Багатогранна праця П. Т. Тронька відзначена численними державними нагородами: орденами Леніна, Жовтневої революції, Червоної зірки, чотирма орденами Трудового Червоного Прапора, Дружби народів, «За заслуги» ІІІ ступеня, «Богдана Хмельницького» ІІ та ІІІ ступенів, «Вітчизняної війни» І ступеня, медаллю «За бойові заслуги». Він — заслужений діяч науки і техніки України. У 2000р. ученому присвоєно високе звання Героя України.
 
Вісник НАН України. — 2005. — №7
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2949   
Рейтинг: 
0
Михайло Степанович ГришкоМихайло Степанович Гришко - український співак (баритон), народний артист СРСР (1950), лауреат Державної премії СРСР (1950).
Народився 27 лютого 1901 року у Маріуполі (тепер Донецької області).
Закінчив у 1926 Одеський музично-драматичний інститут.
У 1926−1927 — соліст Одеського, 1927−1936 — Харківського, 1941—1944 — Грузинського, 1936—1941, 1944—1960 — Київського театрів опери та балету.
Пік його слави пов'язаний з Київською оперою. У виконанні партій Богдана Хмельницького, князя Ігоря та Ріголетто на той час йому не було рівних. У репертуарі Гришка були також романси, українські та російські народні пісні. Поєднуючи велике акторське обдарування з винятковими голосовими даними, створив ряд виразних музично-сценічних образів, зокрема, в операх «Євгеній Онєгін» і «Мазепа» П.Чайковського; «Запорожець за Дунаєм» С.Гулака-Артемовського; «Тарас Бульба» (партія Остапа) М.Лисенка; «Царева наречена» (Грязной), «Снігуронька» (Мизгир) М.Римського-Корсакова, «Князь Ігор» О.Бородіна; «Травіата» (Жермон), «Ріголетто», «Бал-маскарад» Дж.Верді, та багато інших — мало не увесь класичний оперний репертуар. Відомий він також широкою концертною діяльністю. Одні називали його солов’єм України, інші — українським Шаляпіним.
У концертах виконував твори М.Лисенка («Реве та стогне Дніпр широкий», «У гаю, гаю вітру немає», «Буває, іноді старий», «Учитеся, брати мої», «Мені однаково», «Минають дні»), К.Стеценка («Ой, літа орел»), Я.Степового («Три шляхи», «Із-за гаю сонце сходить»), О.Нижанківського («Минули літа молодії»), Л.Ревуцького («Думи мої, думи»), В. Заремби («Над Дніпровою сагою»), О.Сичова («Не женися на багатій», «Тяжко-важко в світі жити») на слова Шевченка.
Знявся у фільмі «Щит Джургая» (1944), зіграв султана у кінокартині «Запорожець за Дунаєм» (1953).
Помер 3 червня 1973 року у Києві.

Підготував Євген Лавриненко (dN)
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 3938   
Рейтинг: 
+6
Герб БелозерскаБелозерское - город районного значения в Донецкой области Украины, подчинён Добропольскому городскому совета города Доброполье.
Расположен в 15 км от железнодорожной станции Доброполье.
Географические координаты - 48°32′12″ с.ш. 37°03′31″ в.д.
Основан в 1913 году как хутор Белозёрка. Поселение получило развитие в 1950 году в связи со строительством каменноугольных шахт. С 1966 года получил статус города районного подчинения.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 6127   
Рейтинг: 
0
Уже доводилося говорити про те, що в сучасному українському суспільстві недостатньо усвідомлені реґіональні джерела й багатства національної культури і разом з тим недостатньо закріплені її загальнонаціональні символи. Донеччина тут в особливому становищі, оскільки її культурне життя не сповна інтеґроване в культурне життя всієї України, а значна частина населення живе в ілюзії належності до сфери російської культури, – насправді фактично не засвоєної і здебільше й не уявлюваної адекватно. 
Оголошена тема є надзвичайно широкою і складною, потребує спеціальних ґрунтовних досліджень, і тут можна лише в загальному окреслити кілька її аспектів. А саме: Донеччина як об’єкт суспільних і культурних проектів української інтеліґенції; Донеччина як тема української літератури й мистецтва; Донеччина як суб’єкт українського культурного життя чи генератор культурних ініціатив. 


Мабуть, немає потреби починати з етнічної історії Донеччини – вона в загальних рисах відома, досліджена особливо в працях останніх років (наприклад, у публікаціях доктора історичних наук Василя Пірка), і тільки лінощами думки або політичною упередженістю можна пояснити, з одного боку, нескінченні спроби заперечити або применшити присутність українського етнічного елементу в цих краях, починаючи з ХVІ ст. , так і, з другого боку, ігнорування масштабів міграційних потоків у ХІХ й ХХ століттях і волюнтаристського державного оргзабезпечення робочою силою грандіозного індустріального будівництва в часи УРСР та як наслідок – нагромадження відповідних етнокультурних проблем і суперечностей. 
Але попри все, Донеччина в усі часи була частиною України та її культури. 
Вражає вже тільки простий перелік імен видатних особистостей, яких Донеччина дала українській культурі. Родина Алчевських, Микита Шаповал, Микола Скрипник, Володимир Сосюра, Архип Куїнджі, Іван Карабиць, Микола Руденко, Іван Світличний, Анатолій Солов’яненко, Михайло Гришко, Леонід Биков, Вадим Писарєв, Василь Голобородько, Павло Байдебура – це далеко не всі... А скільки видатних учених вийшло з Донеччини!
У Донецькому українському муздрамтеатрі в 1933-1935 рр. працювала Любов Гаккебуш, яка 1933 р. разом з Володимиром Добровольським заснувала Сталінський театр ляльок. У Маріуполі працював видатний фольклорист-славіст Михайло Гайдай. З Донецьким оперним театром пов’язані імена М.Момота, Ю.Гуляєва, Р.Колесник; з драматичним театром – імена О.Утеганова, В.Грипича та інших видатних діячів театру; у передвоєнні роки в Донецькій опері працював Натан Рахлін – один із найяскравіших диригентів другої половини ХХ ст. 
З Донеччини вийшли не тільки відомі державні діячі СРСР та Української РСР, а й визначні постаті української діаспори: Павло Гладкий – орієнталіст, організатор Владивостоцької української громади (1906-1910), редактор ж. «Вестник Азии» (1914-1917), голова української громади Манчжурії; згадуваний уже Микита Шаповал – видатний політолог і соціолог, дослідник робітничого питання і національного руху; з покоління Другої світової війни – поети Леонід Лиман, Володимир Біляїв; прозаїк Василь Гайворонський, поетеса, прозаїк і художниця Емма Андієвська, одна з найоригінальніших постатей української літератури, а вже в наш час – видатний мовознавець Олександр Гаркавець, який уперше описав вірмено-кипчацьку та урумську мови. 
Історію з’яв української професійної культури на Донеччині можна починати з 80-х років позаминулого століття (фольклорну творчість тут оминаємо), коли в Маріуполі, де було створено перший на Донеччині театр, виступали П.Саксаганський, І.Карпенко-Карий, М.Садовський; сюди приїздили трупи М.Кропивницького, М.Старицького. 
До речі, тим, хто дотримується версій про відрубність Донеччини від усієї України, а особливо зловживає протиставленням Донбасу Галичині, цікаво буде знати, що ще 1902 р. на Донбасі поширювалися політичні летючки з Галичини (див. : «Робітничий клас і українське національне питання», с. 4). Пояснюється це просто: на Галичині, на нафтових промислах Дрогобиччини, організований робітничий рух розвинувся раніше, ніж на Донбасі, і там був досвід, яким нафтовики готові були поділитися із шахтарями. 
В літературі донецька тематика вперше з’являється в творчості Бориса Грінченка, який учителював на Донеччині. В оповіданнях «Каторжна» (1888), «Панько» (1893), «Батько та дочка» (1893), «Серед чужих людей» (1890) зі співчуттям змальовано злиденне життя й жахливі умови праці шахтарів. Разом з тим шахтарське середовище з його пиятикою, вульгарністю й суржиковою мовою постає як чинник деморалізації та денаціоналізації села. Можна, звичайно, говорити (і багато говорилося) про обмеженість народницького ідеалу письменника, але й заперечувати правдивість змальованих ним картин не доводиться. Як і його щирого співчуття до тяжкої долі шахтарського люду, що особливо знайшло вираження в оповіданнях «Панько», «Батько і дочка». 
І все-таки Б. Грінченко дивився на Донеччину збоку, з села, шахтарі для нього, як і для його героїні Сохвії, «чужі люди», і не випадково деякі його герої, скуштувавши гіркого шахтарського хліба, вертаються на село, звідки втекли в пошуках кращої долі. Інакше у Миколи Чернявського, який найдовше вкорінився в Донеччині (вчителював у Бахмутській духовній семінарії в 1889-1901 роках). Для нього Донеччина – «рідний край», і в його «Донецьких сонетах» уперше постають ліричні пейзажі цього краю, оповиті роздумами про історію, про соціальні колізії життя. Він приєднався до маніфесту Михайла Коцюбинського із закликом розширювати ідейно-тематичні обрії української літератури, виходити за межі села, писати про інтелігенцію, робітництво, і його оповідання засвідчували поважність намірів наших реформаторів. »
Учителював на Донеччині (в 1899-1908 роках) і молодший колега Чернявського, його учень Спиридон Черкасенко. Як і Чернявський, він пише про тяжку працю та безпросвітний побут шахтарів, але й пристрасно заперечує недоброзичливі стереотипні уявлення про них.  
 Ви смієтесь, що п’яний я?
 Та байдуже мені!
 Горить, болить душа моя
 І серце все в огні... 
На чужий присуд: «Тварюка він», – поет відповідає:
 ...Дурні! Дурні!
 як вийде з голови
 Колись той хміль, то – навісні – 
 заплачете і ви!.. 
У прозі Черкасенка маємо картини шахтарського побуту й праці; участь шахтарів у революції 1905 року відгукнулася в його творчості образами молодого покоління шахтарів, які стають на шлях боротьби за визволення від експлуатації («Страйк», «Повинен», «В шахтах», «Сашків кінець»). 1909 року вийшла збірка його оповідань «На шахті». 
Критика давно звернула увагу на те, що українська література не тільки раніше за російську звернулася до зображення боротьби робітництва (І. Франко написав повість «Борислав сміється» 1881 року, коли ні в російській, ні в західноєвропейських нічого подібного не було; Е.Золя написав свою «Прорість» 1885 року), а й шахтарів Донеччини «побачила» раніше. Нариси О.Серафимовича «На заводе», «Под землей», «Под праздник» з’явилися 1899 року. Більше того, мотиви шахтарських оповідань Б. Грінченка відгукнулися в російській літературі. Сюжет оповідання «Панько» переказано в книжці Лібермана «В угольном царстве», що з нього, як відомо, скористався Пільняк у своєму «Голом годе», а сюжет «Батька та дочки» повторив російський письменник А.Свирський у своїй повісті з життя шахтарів «Чорні люди» (Ів. Ткаченко. «Донбас у художній літературі». – «Забой», 1930, ч. 6, с. 36-37). 
У радянській українській літературі першим визначним твором, пов’язаним з Донеччиною, стала поема Володимира Сосюри «Червона зима» (1921). Хоч того ж таки 1921 року вийшла поетична збірка Миколи Хвильового «Молодість» з програмовим віршем-звертанням «Рудням» і невипадковим посиланням на Франка. 
 О рудні, ваше свято,
 вітайте жебрака. 
 Приніс вам слово-злато
 Яскравого Франка.

І в цій збірці, і в наступній – «Досвітні симфонії» (1922) – М. Хвильовий намагається ввійти в роль пролетарського поета, але залишається на рівні декларацій: «Аз єсьм робітник», «Моя блюза пахне – вугіллям»... Завод і шахта – швидше екзотичне тло романтичних пристрастей поета: «Ми проходили повз шахти... //Ми – любовниця і я//... І звернули ми на стежку//... чи то в сонце увійшли? //... Метушилася заграва: //в спогад бив прозорий шлак, //Леопардило м’язами – //... Я як криця був міцний... » Але його патетичні тиради «електричному вікові»: «Отче наш, електричної системи віку, да буде твоя непохитна воля там – на землі, як тут у заводі», – справляли велике враження на молодих українських літераторів і переорієнтовували їх із села на місто. 
Усе-таки великий талант Миколи Хвильового з усією силою розкрився не в поезії, а в прозі, де він, залишаючись поетом у рвійності свого натхнення, заглиблювався в густий житейський матеріал та складні психологічні колізії. І написане в ті ж роки оповідання «Юрко» (1922) може залишитися яскравим свідченням про настрої та соціальний побут донецького робітництва перших пореволюційних літ, про назрівання драматичної суперечності між пориваннями революційних мрійників та рутиною стабілізованої щоденності. (Микола Хвильовий у 1916-17 рр. працював на Дружківському заводі чорноробом у котельному цеху, грузчиком коксу в Горлівці. До теми Донеччини звертається Хвильовий і в оповіданнях та нарисах останніх років життя – «Щасливий секретар», «Останній день», «Майбутні шахтарі», – але тут уже відчувається певна кон’юнктура: Хвильовий мав довести свою «ідеологічну витриманість» перед лицем шалених політичних атак на нього…)
Образ Донеччини постійно з’являється у віршах і поемах Володимира Сосюри тих років («Залізниця», «Хлоня», «Шахтьор»), – але швидше як антураж до його лірико-романтичних пристрастей, ніж у якійсь самостійній художній функції. 1922 року виходить поема Івана Дніпровського «Донбас», герой якої – шахтар з діда-прадіда, відзначився як воєнком у війні з біляками, але попався на гачок такої собі буржуазної панни, зрадив революцію і за присудом ревтрибуналу був розстріляний. Такі екстремальні сюжети – нехитра спроба заінтригувати й розчулити читача – були модними і стали попередником пізніших сюжетів про шкідників і шпигунів, ворогів народу. В обох випадках це була кон’юктурна компенсація малозмістовності. Але характерне оце прагнення українських письменників «приписатися» до Донбасу, що захопило навіть таких «селюків», як Андрій Панів. Якоюсь мірою це було і змагання за Донбас із російською літературою. 
В перші роки радянської влади літературне і культурне життя на Донеччині намагається монополізувати російський Пролеткульт, його «Кримско-Донбасское организационное бюро Центрального Комитета Всероссийского Совета Пролеткультов». Та його претензії не були підкріплені ні якимись помітними акціями, ні наявністю якихось яскравих особистостей. Трохи виразніше виступив російський літературний комсомол. Видавництво ЦК ЛКСМУ в Харкові друкує 1922 р. книжку Михаїла Голодного «Сван», про яку сам автор в «Автобиографии», написаній 1932 р. , каже: «Сван» был первой книгой комсомольской лирики на Украине» («Вопросы литературы», 1968, №10, стор. 21). Це не так, бо вже вийшла, 1921 року, «Червона зима» Володимира Сосюри. Для М.Голодного, присланого в губком комсомолу «после окончательного разгрома всех сил противников нашими войсками на Украине», Україна – лише географічно-адміністративне поняття: ні про українську літературу, ні про український народ в його «Автобиографии» немає жодної згадки. 
«Пролеткульт» намагається підпорядкувати собі літературну організацію «Забой», що об’єднувала переважно початківців з числа тих, хто невдовзі засвідчив помітний хист. «Забой» претендував на роль єдиного справжнього літературного представника донбасівського пролетаріату і не дуже потребував пролеткультівського протегування. Спершу трибуною забойчан були літературні сторінки газети «Кочегарка», а з вересня 1923 р. починає виходити журнал «Забой» – спершу як щомісячний додаток до «Кочегарки», а потім як окреме видання. Першими редакторами були В. Валь і М. Слонімський, серед авторів – робкор Борис Горбатов, поети Юрій Черкаський, Михайло Матусовський, Олександр Фарбер. Власне, найпомітнішими в журналі були вірші талановитого шахтарського поета Павла Беспощадного, про якого ще буде мова далі. Загалом же своїх творчих сил бракувало, і «Забой» друкує московських авторів – поета Ярослава Смєлякова, О. Безименського, критика А. Селівановського та ін. З’являються на сторінках «Забоя» Дем’ян Бєдний і Михайло Зощенко, публікуються статті про Анатоля Франса, Серафимовича, – але відчувається випадковість і хаотичність, відсутність якогось свідомого редакційного курсу. Починають з’являтися вірші українських авторів – Костя Герасименка, Миколи Упеника, Миколи Рудя; Володимир Сосюра, тепер уже харків’янин, сприймається тут як свій. 
Починаючи від 1925 року «Забой» починає відгукуватись на процеси українізації. Хоч у 24-х числах журналу українською мовою надруковано тільки вірш В.Сосюри «В забої» та два – В. Краматорського (якщо не рахувати уривка з поеми Т.Шевченка «Сон», з портретом Кобзаря), але є вже статейка «Литературные мастера Украины» (в ч.7), з якої можна бачити, що «Забой» починає шукати своє місце в українському літературному процесі. Він бачить його не в «Гарті» Василя Еллана-Блакитного, який, мовляв, об’єднує «литературных тяжеловесов», що, мовляв, і «заставило представителей массовой пролетлитературы решительно отмежеваться от замкнутой организации литературных мастеров» («Забой», 1925, №7, с.17). «Забой» хоче бути «вместе с «Плугом» та з ВУАПП, тобто, солідаризується з орієнтацією цих останніх на масовий літературний актив, з якого і мають вийти справді пролетарські письменники, а не дрібнобуржуазні попутники. 
Саме під цим кутом зору зустрічний інтерес до «Забою» як до можливого свого резерву виявляють і самі ВУАПП та «Плуг». 
У числі 19-20 «Забою» за 1926 р. читаємо вірші «плужанина» В.Найди «На Донбас! Привіт «Забою»:
Знов п’є перо із нетрів ясних –
Його і тут я не спиню,
Свій миргородський «Плуг» в Донбасі
«Забойським» кайлом заміню!
Бо у «Забої», як і в «Плузі»,
Кується новая доба,
І у братерському Союзі
Злились Україна й Донбас!

Певна річ, за цими літературними рекогносцировками стояли глибокі суспільно-політичні процеси та демографічні зміни. На донецькі шахти й заводи приходили в пошуках роботи маси українського селянства. Водночас за умов внутрішньопартійної боротьби в політбюро більшовиків політика українізації (коренізації), на яку зорієнтував партію Ленін задля утримання під її контролем українських мас, діставала нові акценти. Для зміцнення своїх позицій у партійному керівництві Сталін потребував підтримки України, отож прихильники політики українізації могли активізувати свої зусилля, спираючись на загальне піднесення українського культурного життя. «Забой» реагує на цю тенденцію, певно, не без «скрипу». В ч. 15-16 за 1926 р. друкується редакційна стаття «Певец великого пролога. (К 70-летию со дня рождения Ив. Франко)», в якій українського письменника оголошено ледве чи не предтечею пролетарської літератури, але чомусь із посиланням на «особенности русской обстановки» та на «художественное творчество дореволюционных русских писателей…» (підкреслення мої. – Авт. ) – «Забой», 1926, №15-16, с. 25. У ч. 19-20 – апологетична стаття П. Кулиниченка «М. С. Грушевський. (По случаю 60-летия со дня рождения и 40-летия научной деятельности)». А в ч. 23-24 – стаття К. Довганя «Украинская литература перед девятым октябрем». Стає традицією березневі числа журналів відкривати портретами Т. Шевченка й матеріалами про нього. Так, у ч. 3 «Забоя» за 1928 рік надруковані статті С. Щупака «Шевченко тепер» та під криптонімом «И. С-н» – «Певец селянской Украины», а в ч. 7 – нарис Петра Шахтьора (псевдо Амоліна) «По Шевченковским местам». 
У ч. 4 «Забоя» за 1928 р. з’явилося знаменне гасло: «Рабочие Донбасса должны знать украинских писателей». Воно було приурочене до приїзду на Донеччину П.Тичини, В.Сосюри, І.Микитенка, О.Вишні, П.Панча (автора чи не найцікавішого з тодішніх творів про Донбас – «Повісті наших днів»). Їх урочисто зустрічали, возили на виступи по шахтах і заводах. У журналі з’являються рубрики: «Украинскую книгу – в массы», «Обзор украинских журналов». У ч. 6 – велика стаття І. Ткаченка «О современном украинском романе» з оглядом творів О.Досвітнього, А.Головка, П.Лісового, В.Підмогильного, Є.Плужника, О.Донченка. Оцінки критика стримано доброзичливі, хоч і з елементами політичної прискіпливості та вульгарного соціологізму. 
В наступному, 7-му числі, – під криптонімом «С.» стаття «Лирник революции. О творчестве В.Сосюры». Основна думка: «Он нам рассказал о жизни горняка, о жизни и борьбе шахтеров из донбасских угольных пещер, рассказал просто, но захватывающе и убедительно». 
Українізація набула на Донеччині особливо важливого політичного і культурного значення. Один із її ідеологів та організаторів, старий більшовик Микола Скрипник, сам донеччанин, так характеризував ситуацію: «Колись багато товаришів гадало, що Донбас – це не Україна, а робітники Донбасу здебільше не українці. Виявляється тепер, що це цілком не вірно; серед гірняків 3/4, цебто близько 70 відсотків робітників, українців. До нових заводів, копалень ідуть нові тисячі, десятки й сотні тисяч робітників з села, треба, щоб основні кадри донбасівського кваліфікованого пролетаріату оволоділи українською мовою, українською книжкою, українською культурою для того, щоб мати можливість впливати на ці нові робітничі шари. Значна кількість донбаських робітників говорить ломаною мовою, мовою українською, але з домішками російських слів, з перекрученням мови взагалі, так що вони правильно не говорять ні українською, ні російською. Українська книжка, бібліотеки, український театр, українська газета допоможуть донбасівцям оволодіти українською мовою і придбати собі знання української культури» (Микола Скрипник. Статті й промови. Т. ІІ, ч. 2, сс. 142-143). 
Отож і літературне життя на Донеччині зазнає глибокої реорганізації. «Забой» як літературна спілка підпорядковується ВУСППу, а однойменний журнал перестає існувати в колишньому форматі. 
На ІІІ Вседонецькому з’їзді «Забою» ухвалено резолюцію: «Забой ставить собі одне з основних завдань – втілення української культури в Донбасі, для цього в першу чергу потрібна українізація «Забою». І далі: «Забой повинен бути організацією українських пролетарських письменників Донбасу з секціями пролетписьменників нацменшостей в Донбасі». 
Після тривалої перерви у вересні 1929 року виходить перше число оновленого «Забою» – українською мовою. У статті, якою він відкривається, говориться про гостру кризу, яку в кінці 1928 та на початку 1929 років пережила літературна організація «Забой», а заразом і її орган. Причина кризи «крилася в головній, зовсім неправильній установці, в самому характері «Забою» як літературної організації, що працює в пролетарськім промисловім центрі Радянської України. » І далі: «Справа в тім, що «Забой» від самого початку свого існування рахував себе російською організацією письменників на Україні, безпосередньо зв’язаною зі своїм керівничим літературним центром у Москві, оминаючи всеукраїнський культурно-літературний центр – Харків». Навіть після того, як ВУСПП на своєму першому з’їзді в січні 1927 року перейняла на себе керівництво всіма літературними організаціями в Україні, а ВАПП свої осередки розпустила, «Забой» лише формально визнав нову ситуацію. 
«А тим часом, – читаємо в програмовій статті нового «Забою», – життя на Радянській Україні плило своїм буйним нестримним потоком вперед. Разом із соціалістичним будівництвом в галузі господарства, на Україні широко розгорталася і культурна революція, що під керівництвом комуністичної партії більшовиків України проводилася й проводиться під гаслом ленінської національної політики, під знаком українізації як радянського державного апарату, так і пролетарських мас. Почався надзвичайно буйний, небувалий ще в історії розквіт української радянської культури. До процесу творення української радянської культури швидко втягалися й робітничі маси індустріальних центрів України. В цій важливій ділянці соціалістичного культурного будівництва не залишився позаду й пролетаріат Донбасу. Численні культпоходи, тижневики та місячники української культури, вечори української літератури, української книжки, тощо, виїзди українських письменників до робітничих клубів, на заводи, в шахти, величезна робота, що її розвинули в цьому напрямку партійні, комсомольські та професійні організації на Україні, дали колосальні наслідки. Найшлися українські робітники, найшовся український пролетаріат, що не тільки розуміє, але і вживає українську мову в своїм щоденнім житті як свою рідну мову. Найшовся пролетарський глядач українського театру, найшовся такий же читач української газети, журналу, української художньої літератури. Найшовся український робітник – пролетар в Харкові, в Києві, в Херсоні, в Миколаїві, в Одесі, в Дніпропетровському, знайшовся він в дуже солідній кількості і в Донбасі. Все це заставило замовкнути всіх тих, що не вірили в цей природній факт і плескали своїми язиками всякі нісенітниці проти українізації. Своє рішуче слово в справі українізації сказав господар Радянської України – сказав пролетаріат, що активно почав брати участь в процесі творення української культури як своєї пролетарської соціалістичної культури. 
Донбаський пролетаріат в справі українізації не тільки не відстав, а навіть почав випереджувати своїх товаришів із деяких інших промислових центрів України. Тираж українських газет в округах Донбасу збільшився дуже швидко в декілька десятків разів, а в часи культпоходу в одній тільки Артемівській окрузі продано української літератури більш як на сто тисяч карбованців. Все це факти, що наглядно свідчать про буйний розвиток української культури, про активну участь в українському культурному процесі широких пролетарських мас Донбасу під проводом своєї партії («Забой», вересень 1929, с.27). В одному з наступних чисел журналу наводяться статистичні дані, що мають підтвердити успіхи в культуризації робітництва: «Попит на книгу доходить того стану, що книга стає дефіцитним крамом, особливо щодо української книги (з книгозбірні сталінського заводу робітники сталінського заводу взяли протягом березня 1928 року 186 книг, а за березень 1929 року 6.096 книг» («Забой», 1929, №3, с. 2). Тут не зайве нагадати, що, як і всі науки, статистика підкорялася волі партії. 
У перших числах «українського» «Забою» переважають ще матеріали російською мовою; українською – хіба що поезія, публіцистика та критика. Але поступово ситуація змінюється і починають переважати матеріали українською мовою. Журнал дістає назву «Літературний Донбас», починає орієнтуватися на загальноукраїнське літературне життя. 
У 1932 році та першій половині 1933 року цей український крен особливо помітний. Навіть повісті та романи авторів, які досі писали російською мовою, тепер публікуються українською. Ймовірно, це були літературні переклади, бо важко уявити, щоб такий, скажімо, виразно російський письменник, як Борис Горбатов, зміг раптом написати свій роман «Ровесники» рафінованою українською, сказати б, «націоналістичною» мовою. 
Мабуть, не всім це було до вподоби, але воля рідної партії – святий закон. Хоча спрямування цієї волі часто змінювалося. Та про це далі. 
Тим часом українське культурне життя на Донеччині виявляється в різних формах. Донецька тематика, донецький регіон приваблюють не лише письменників, а й відомих митців своєю нерутинністю, соціальним динамізмом, своїм, можна сказати, революційним міфом, що яскраво вписувався в офіційну ідеологему пролетаріату як класа-гегемона. 
За постановою президії Донецького губвиконкому від 1 серпня 1923 року в Бахмуті на майдані Свободи розпочато будівництво пам’ятника товаришу Артему. Його здійснено за проектом молодого, але вже визнаного скульптора І.П.Кавалерідзе, що переміг на всеросійському конкурсі в Харкові в квітні того ж року. На пам’ятник працював увесь Донбас, на нього пішло 130 тисяч пудів залізобетону і споруджено його в рекордний строк – за півтора місяця. Став він шедевром конструктивістського мистецтва і переконливим символом революційного оптимізму. 
1923 року на пропозицію Наркомату освіти на Донеччину виїздить Новий драматичний театр імені І.Франка, створений на рубежі 1919-1920 років у Вінниці при злитті частини Львівського нового театру та акторської трупи Молодого театру – під керівництвом Гната Юри. Цікаві подробиці про ці гастролі знаходимо в спогадах акторки Євгенії Ожеговської. 
«Якось скликаються загальні збори. Всі зібрались, як тоді бувало, стовідсотково. Гнат Петрович оголошує, що НКО пропонує нашому театру влітку їхати на Донбас, куди ще не їздив жоден театр. Так яка буде думка? Почалось обговорення. Не дивлячись на те, що хтось почав переповідати чутки, ніби на Донбасі голод і шахти позаливало водою, ніхто на це не звернув уваги. Всі одноголосно, з великим ентузіазмом вирішили їхати на Донбас, горді того, що є піонерами прекрасної справи і їдуть в густий робітничий центр. Ухвалили взяти з собою по 10 фунтів сала і по півпуда борошна на випадок голоду». Вночі завантажились у Білій Церкві, а в Бахмут приїхали справжніми шахтарями, як жартували, бо виявилося, що їхали у вагоні з-під вугілля. Хазяїн готелю відмовлявся прийняти їх, аж поки не передсвідчився, що це зовсім не ті актори-п’янички з мандрівних труп, до яких він звик. «Недовірливо поставилася до нас спочатку і публіка, – згадує Ожеговська. – На першій виставі зал був напівпорожній, але з другого вечора кожного разу були биткові аншлаги. Перед від’їздом нас вітали, дякували і взяли з нас слово, що в кінці сезону знову приїдемо». Так само було і в Юзівці, «в напіврозваленому театрі», і в Слов’янську, і в Луганську. «Доводилося ходити на вистави пішки верст по десять-п’ятнадцять, ночувати на голій підлозі відкритої сцени, під вітром і дощем, траплялося іноді поголодувати, але ми настільки горіли до праці, до мистецтва, що для нас нічого не було важкого, незручного (...) Всіх охоплювало єдине бажання – дати найкращу продукцію, не рахуючи ні часу, ні витрати сил» (Євгенія Ожеговська. Спогади старої франківки: як ми жили в 1922-1923 роках. Публікація Валерія Гайдебури. – «Культура і життя», 23 березня 2005 р. ). 
Частим гостем на Донеччині був Театр ім. М.Заньковецької (заснований 1922 р. Б.Романицьким, спершу пересувний, а від 1931р. – стаціонарний у Запоріжжі). Тут він відзначив своє 5-ліття, з великим успіхом виступаючи на рудниках, шахтах, заводах, у робітничих клубах. 
Набирає професіоналізму Сталінський держдрамтеатр. Режисер В.Довбищенко ставить тут 1933 року спектакль за п’єсою висхідної зірки тодішньої української драматургії Олександра Корнійчука «Загибель ескадри». В ролі Оксани виступала знаменита Любов Гаккебуш.  
На Донеччині створюються численні клубні гуртки та секції образотворчого мистецтва, Палаци праці та Палаци культури оздоблюють стінними розписами, часто у виконанні самодіяльних художників з робітників. Влаштовуються виставки творів художників-самоуків з робітництва або такі, як скажімо, Всеукраїнська художня виставка союзу гірників (1928), Всеукраїнська виставка Н.К.О. в Донбасі, на якій, зокрема, було представлене майстерне полотно М.Рокицького «Біля домни» – один із визначних творів виробничого жанру. Київський художній інститут зголошується «послати на місця (в Сталіне, Артемівське, Луганське й т. інш. )» свої «кваліфіковані молоді сили» («Забой», 1930, №5, с.35). Дзига Вертов ставить свій знаменитий документальний фільм «Симфонія Донбасу». 
Розпочинають діяльність нові наукові й культурні заклади: філія Книгової палати в Артемівському, Будинок науки й техніки в Луганському («Забой», 1930, №5, с. 35) та ін. Інститут єврейської культури при ВУАН організовує експедиції в донецькі «промрайони».  
Культурно-освітня, культурно-масова робота проводиться на Донеччині у великих масштабах. Але це – тільки один бік історичної дійсності, до того ж і сам собою суперечливий. Адже ця робота, по-перше, була підпорядкована «класовій боротьбі», вихованню нетерпимості до всього, що партія оголошувала ворожим або що їй здавалося малокерованим, отже, ненадійним. (Не кажучи вже про розпалювання масової антирелігійної істерії. Ось, скажімо, фото в ч. 3 «Забоя» за 1929 р.: «Велике вогнище в Горлівці. Робітники палять кілька тисяч ікон».) Малограмотну молодь нацьковують на професійних майстрів. Ось один із типових, майже анекдотичних, однак і трагічних епізодів. На Донеччину приїхав видатний художник Федір Кричевський. Ця подія коментується так: «Старий «визначний» майстер з ім’ям Ф. Кричевський кинувся теж на Донбас заробляти собі ім’я серед робітництва, конкуруючи з молодняком». Але він уже, мовляв, почуває свою безсилість перед молоддю. Секрет недоброзичливої іронії коментаря в тому, що Кричевського прийняли за «бойчукіста», а саме чинено погром бойчукізму, і «робітничо-селянська молодь» мала боротися «з націонал-шовіністичними прагненнями в мистецтві». Ф.Кричевський шле до Києва розпачливу телеграму: «Рятуйте моє ім’я», – і це також стає предметом поглумки коментатора («Літературний Донбас», 1933, №13-14, с. 43). По-друге, орієнтація на масовізм на практиці означала не так підтягування маси до високого мистецтва, як опускання мистецтва до нерозвинених смаків, а головне – до ролі маніпулятора свідомістю мас у потрібному партії напрямку. Мистецтву ставляться злоякісні утилітарні та вбивчо оперативні завдання. Літературна хроніка рясніє бойовими повідомленнями на зразок: «Тов. Топчій дістав запрошення від робітників (заводу ім. Рикова – Авт. ) написати будь-який твір з життя їхнього заводу» («Забой», 1930, № 7, с. 48). Письменники записуються в ударні бригади для написання творів про шахти й заводи, беруть на себе соціалістичні зобов’язання й звітують про їх виконання перед робітничими колективами. Літературна атмосфера заряджена закликом: «Створимо магнетобуди літератури!» (малося на увазі ударне будівництво Магнітогорського комбінату). 
За всім цим стояла складна і напружена політична ситуація в СРСР; у Донбасі вона мала свою специфічну гостроту – під оглядом і соціально-економічним, і національним, і внутрішньо-партійним. 
Робітничий Донбас завжди завдавав немало клопоту більшовицькій партії та її каральним органам. Значних розмірів досягли у 1924 р. заворушення серед шахтарів і страйковий рух, унаслідок чого на 20% скоротився річний видобуток вугілля. Вбачаючи за цим дію організованих шкідницьких елементів, партія орієнтує чекістів на ліквідацію вогнищ змови. Розкрито «Харківський центр», що складався з інженерно-технічних працівників державного об’єднання «Донвугілля». У 1928 р. гучна «Шахтинська справа» дала поштовх загальнодержавній боротьбі з економічною контрреволюцією. Громлять «шкідників» по всьому Донбасу, викрито ворогів на Макіївському металургійному заводі імені Томського та Сталінському комбінаті імені Сталіна. Якщо вірити ДПУ, то Донеччина була справжнім осиним гніздом троцькістів. А з кінця 20-х років роботи ще додалося: «куркульський саботаж» колективізації, потім голодні бунти 1933 року і, звичайно ж, націоналізм, як і в усій Україні (13 лютого 1933 р. В.А.Балицький, тоді заступник голови ОДПУ СРСР, повідомляв: «Аналіз ліквідованих справ говорить про те, що у даному випадку ми зустрілись з єдиним, ретельно розробленим планом організації збройного повстання на Україні до весни 1933 року з метою повалення радянської влади та встановлення капіталістичної держави, так званої «Української незалежної республіки»). На відміну від деяких сучасних тверджень про те, що «Донбасс порожняк не гонит» і що українством тут ніколи не пахло, чекісти дотримувались іншої думки. Вони ліквідували донецький осередок «Української військової організації», провели арешти у справі «козаків», перешкодили створенню «Соборної України» та припинили інші форми української націоналістичної діяльності. Але й цього здавалося мало, і начальник секретно-політичного відділу НКВС УСРР наказував «переключитися на українську роботу».  Водночас наполегливо вказувалося на необхідність посилити роботу серед національних меншин, особливо серед поляків та німців, у числі яких було й чимало комуністів, які емігрували з гітлерівської Німеччини. Терор проти поляків і німців мотивували інтригами Польщі та Німеччини, які мріяли приєднати – кожна до себе – Радянську Україну і відповідно готували, разом з українськими націоналістами, повстання. Необхідність викрити польську інтригу була такою великою, що коли не вистачало до виконання плану арештів достеменних поляків, арештовували українців і змушували їх визнавати себе поляками.  Останніми роками опубліковано чимало архівних документів на ці теми. Є і фундаментальна праця японського дослідника Гіроакі Куромія «Свобода і терор у Донбасі», який, зокрема, стосовно цього періоду пише: «...Є докази, що Донбас був серед регіонів країни, які найбільше постраждали від сталінського кривавого терору» .  Жертвами цього терору стали й українізація та ті, хто її здійснював або просто зазнав її впливу.   

Далі буде. Дзюба Іван Михайлович Літературознавець, громадський і політичний діяч, академік Національної академії наук України, лауреат Національної премії України імені Тараса Шевченка, Герой України.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 4581   
Рейтинг: 
История успехаВ сентябре 2009 года на портале donbass.NAME открылась новая рубрика «история успеха»!
История пишется сегодня. Талантливые хирурги и успешные бизнесмены, виртуозные композиторы и непревзойдённые кутюрье, изобретатели и экстрасенсы. Все эти и многие другие люди живут в Донбассе. У каждого за плечами СВОЙ путь и СВОЯ история успеха, СВОЙ список добрых дел и ошибок, на которых могут учиться другие.  Истории таких людей неповторимы, поэтому не должны оставаться в тени. Возможно, Вы и есть тот самый человек? Тогда расскажите СВОЮ историю успеха!
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 4100   
Рейтинг: 
0
Соляная шахтаПри впадении реки Мокрой Плотвы в Бахмут (приток Северского Донца) расположен город Соледар, — город районного значения в Донецкой области, подчинённый Артёмовскому городскому совету города Артёмовска.
Географические координаты Соледара - 48°41′49″ с.ш. 38°04′17″ в.д.
В последней четверти XVII века на этом месте располагалось село Брянцевка. Его жителями были казаки Изюмского полка и переселенцы с Севера Украины. Основным занятием населения было солеварение. В 1881 году рядом с селом был основан рудник по добыче соли.
Познее вблизи Брянцевки были найдены залежи кварцитов и огнеупорных глин. На их базе в 1887 году были построены Деконский алебастровый комбинат и Белокаменский огнеупорный завод.
Для перевозки соли и других грузов предприятий построены железнодорожная станция Соль, станция Деконская.
С 1926 года рабочий поселок носил имя Карла Либкнехта, а в 1965 году произошло слияние Брянцевки и посёлка рудника в город Карло-Либкнехтовск.
5 июля 1991 года Карло-Либкнехтовск переименован в Соледар.
В 1999 году к Соледару были присоединены поселки городского типа Двуречье (в народе — Свердловка) и Соль.
С мая 2007 года в Соледаре начал принимать пациентов спелеосанаторий «Соляная Симфония», предназначенный для профилактики, лечения и реабилитации пациентов, страдающих различными заболеваниями бронхолегочной системы. Подземное отделение (спелеоотделение) расположено на глубине 288 м в толще соляного Подбрянцевского пласта Артемовского месторождения и предназначено для профилактики, лечения и реабилитации бронхолегочных заболеваний. Лечение в условиях микроклимата соляной шахты является одним из наиболее эффективных.
Проводятся экскурсии для желающих спуститься на глубину 300 метров в настоящую соляную шахту и увидеть музей, действующую подземную церковь, соляные скульптуры, самородный кристалл соли размером в человеческий рост. Благодаря этим достопримечательностям Соледар попал на страницы книги рекордов Гиннеса.

Евгений Лавриненко (dN) Фото автора.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 10015   
Рейтинг: 
Раздел "клубы" в том формате, в котором он был предложен посетителям ресурса donbass.NAME не получил активного внимания и, соответственно, развития.
Редакция ресурса приняла решение закрыть раздел на реконструкцию, так как намечены более интересные варианты реализации клубов-dN.
Надеемся, что клубы в новом формате станут удобной формой общения на ресурсе.


dN

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1920   
Рейтинг: 
+4

Виктор Михалев

Что может быть проще гвоздя? Прямой отрезок стали с острым концом - не за что глазу зацепиться, разве что за шляпку. А неуемное воображение художника может увидеть даже в этом простейшем металлоизделии образ, а руки мастера способны воплотить в реальность эти неожиданные фантазии.
Дончанин Виктор Михалев нашел совершенно новую тему для реализации своих творческих поисков - фигурки изготовленные из... обыкновенных гвоздей. Нет, конечно, такие находки случаются не "вдруг". Обычно таким гениально простым находкам предшествуют годы работы. Работы творческой, самоотверженной, сопровождаемой постоянным поиском новых решений.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 5440   
Рейтинг: 
0
Команда альпинистов ДонбассаУ легендарной скульптуры «Слава шахтерскому труду» с площади Северного автовокзала через две недели появится двойник на расстоянии четыре тысячи километров от Донецка. «Младший брат» горняка с куском угля в протянутой руке сам ростом всего 20 сантиметров, но зато стоять будет на высоте пять тысяч метров над землей на одной из вершин Тянь-Шаня.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1881   
Рейтинг: 
0
Как и в прошлом сезоне, предсезонная подготовка совпала со сроками проведения матчей розыгрыша Кубка СССР. В "Заре" произошли некоторые изменения.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 3436   
Рейтинг: 
0
Турецкий строительПеречень донецких типажей вряд ли можно уложить даже в сотню позиций. Только начни – и конца этому не будет. В свое время мы попытались охватить некоторые из них. Прошло совсем немало времени – и уже назрела добавка.
Всезнающая продавщица. Могла бы делать бешеные деньги на спортивных прогнозах, но она выше этого.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 1627   
Рейтинг: 
0
Где-то в середине нулевых один веселый донецкий доктор задумал отпраздновать день рождения в… планетарии. В советские времена его с такой инициативой послали бы подальше возмущенные работники культпросветобъекта. Но, поскольку на дворе стояла уже другая эпоха и планетарию надо было как-то выживать, доктору пошли навстречу. Прочли лекцию про знаки Зодиака. Позволили накрыть стол прямо под звездным небом. Доктор как человек культурный привел с собой и компанию соответствующую. Интеллигентную и креативную. Все были предупреждены, все подготовились. Одна из женщин, закройщица, выступила с докладом о последних тенденциях в инопланетной моде. Коллега именинника, чародей УЗИ, прочел лекцию о роли ультразвуковых излучений в межпланетных коммуникациях. Праздник запомнился навсегда и его участникам, и творческому коллективу планетария, доживавшего последние дни.
Мой партнер по прогулке по улице Челюскинцев – Рамиль Замдыханов, известный тележурналист и блоггер. С улицей Челюскинцев у него связано множество воспоминаний: детство, работа, изменение формата жизни… Впрочем, улица Челюскинцев – такое место, с которым у любого дончанина что-то связано. Даже если он предпочитает здесь не задерживаться.

Сквозняк
Мы с Рамилем Загировичем стоим возле полумертвого планетария, обуреваемые разными чувствами. В принципе, особо грустно нам быть не должно. Где-то в центре Донецка (мы даже знаем, где – в сквере «Сокол») отгрохали новый планетарий, по всем параметрам лучший, способный утешить даже пражскую или, скажем, венскую гордость, не то что донецкую. Но как-то невесело смотреть на руины его предшественника – все равно, что наблюдать за стариком, который никому не нужен и медленно умирает, даже не пытаясь бодриться.
Челюскинцев. Параллельно
По определению Рамиля, Челюскинцев – улица-сквозняк. Ее и придумали в 60-х, чтобы разгрузить транспортные потоки по двум параллельным ей главным городским магистралям. Перебросили сюда надоевший всем трамвай с Первой линии. Организовали все так, чтобы машины и автобусы проносились со свистом. Никто тогда и предположить не мог, что когда-то машин в городе станет больше, чем людей.
Сквозняк, кстати – прекрасный образ вообще для иллюстрации донецкого подхода к делу. Наша стремительность непобедима, мы моментально овладеваем любыми высотами. И, как настоящий сквозняк, неэффективны: не извлекаем из своей энергии и половины возможной выгоды. Но последствия бывают потрясающие. Самый лучший пример донецкой предприимчивости тоже связан с улицей Челюскинцев. Речь идет о старом паровозе, который в качестве экспоната поставили возле краеведческого музея. Можно себе представить, сколько организационных трудов и матерных слов стоило перетащить его с места предыдущей дислокации. Простояв под стенами музея небольшое количество времени, паровоз исчез. Как будто его сквозняком выдуло. Позже выяснилось, что предприимчивые люди под покровом ночи шустро подогнали кран, погрузили антикварное железо на мощный грузовик и увезли в нужном им направлении.
Впрочем, конец у этой истории хороший. «Кукушку» нашли уже в слегка распотрошенном состоянии и водворили в музей железнодорожного транспорта на вокзале станции «Донецк».
Улица Челюскинцев
 
Искажение понятий
У пункта по обмену валют с таблички сорваны цифирки курса покупки. Какие-то нолики и семерочки валяются на земле, швыряемые ветром. Как раз в то июньское утро доллар начал очередной путь наверх – падение цифирок выглядело очень уместно.
Напротив, по ту сторону улицы Челюскинцев – хитрый квартал. Очень хорошие отдельные домики. Очень важные жильцы. В том краю жил легендарный первый секретарь обкома Владимир Дегтярев. Подобное стремится к подобному – и вокруг дегтяревского особняка образовалась небольшая колония всяких влиятельных людей. Переулок Лепешинского, улица Николенко… Тишина. Каким-то удивительным образом в местах проживания богатых людей водворяется повышенная тишина. Всего в одном квартале ниже – трамвайная линия с разболтанными, дребезжащими вагонами. Почему  сюда не доходят эти звуки?
Улица Челюскинцев
Горноспасательная часть, задняя глухая стена которой выходит на улицу Челюскинцев, выглядит реквиемом по той эпохе, когда Донецк был угольной столицей мира. Стараниями различных организаций добывающая отрасль у нас сведена к мизеру, который всячески стараются представить как мизер разумный. При этом такое впечатление, что работы у горноспасателей меньше не стало. Искривление времени, пространства и понятий.
Да. Улица Челюскинцев начинается невесело. По диагонали от умирающего планетария – старое кладбище «5-й участок». Когда-то по решению каких-то властей его часть решили закатать в асфальт. К счастью, эта модернизация коснулась только самого древнего участка – там хоронили еще до Первой мировой войны. Насколько помнит автор – а операцию производили в годы его молодости – никакими перезахоронениями никто не страдал. Так и лежат под асфальтом усопшие обитатели Ветки – той Ветки, которая еще и в город не входила. Иногда до них доносится колокольный звон от Шахтерской площади, от недавно построенного там храма. По этим звукам, усопшие могут понять:  время безбожников закончилось. Впрочем, покойничкам все равно: им теперь лежать под асфальтом при любой эпохе…
Улица Челюскинцев
 
Кусок Европы
На балконе одного из пятиэтажных домов по улице Челюскинцев сохнет футболка с надписью «Фернандиньо» на спине. Тем самым, нам дается знак свыше: вы, ребята, приближаетесь к «Донбасс Арене».
Мы с Рамилем оказались у стеклянных стен донецкого волшебного стадиона за пару месяцев до его пуска. Уже можно было рассмотреть зачатки парка, но вокруг еще очень активно копошились турки и приданные им украинцы. Один из турок был в футболке с надписью «Элано» на спине. Со свойственной ему горькой иронией Рамиль Загирович отметил отсутствие славянских фамилий на шахтеровской форме. Он, как всегда, зрит в корень. Донецк – город подчеркнуто неевропейский. Но «Шахтер» - наше окно в большой мир. Сначала благодаря клубу у нас появляется гостиница «Донбасс Палас», как будто опущенная к нам с Марса – настолько иной это мир для города, который придумал Юз. Потом «Шахтер» выигрывает Кубок УЕФА, и слово Donetsk становится интернациональным. «Донбасс Арена» продолжает процесс. Городу, по логике, надо соответствовать такому стадиону. Город стареется, но отстает…
Донбасс-Арена
Напротив «Донбасс Арены» - старый стадион, бывший «Локомотив», в последние годы – РСК «Олимпийский».  Неизвестно, каких побед добьется «Шахтер» на новом поле, а вот на «Олимпийском» он испытал самый великий триумф в своей истории – в мае 2009 года в полуфинале Кубка УЕФА в драматичном матче обыграл главного соперника, киевское «Динамо». В жаркий летний день над открытой чашей старого стадиона колышется марево – и мне видятся в нем призраки битых динамовцев…
Рядом – гостиница «Шахтер». Здесь мы с Рамилем проработали изрядное количество лет – каждый в своей газете. Мой «Салон Дона и Баса» занимал целый этаж – гостиничное руководство в сложные времена сдавало чуть ли не половину помещений под всяческие офисы. Помню, один испанец, маститый газетный менеджер, рассказывал на мировом форуме прессы в Стамбуле, как анекдот, что видел в Украине газету, работающую в гостинице. Делегаты съезды изумленно ахали такому варварству. А нам было удобно: в каждом рабочем кабинете по туалету – никогда ни до, ни после не трудился с таким комфортом!
Помню, из своих окон мы наблюдали за установкой у дворца молодежи «Юность» памятника Кобзону. Традиция увековечения живых людей в Донецке доведена до высокого уровня: с другой стороны «Олимпийского» - знаменитый памятник Сергею Бубке с ласточкой, прилипшей к ноге великого человека. Кобзон выглядит скромнее – в полтора нормального роста. Парик на нем – как настоящий. Фотографирую Рамиля в позе маленького мальчика, которого дядя Йося переводит через дорогу. Мы не оригинальны: левая рука у памятника отполирована до блеска. Сияет и правый ботинок. Что с ним делают, можно только догадываться.
Памятник Кобзону
Напротив, через улицу Челюскинцев – ларек, где мы всегда могли угоститься в конце рабочего дня. После установки памятника это стало называться «сходить за пивом к Кобзону».

Пиво и другие удовольствия жизни
Когда еще не было понятно, насколько затянется странный «проект Украина», неподалеку от этого самого киоска работал старый добрый советский гастроном. После того, как Михаил Сергеевич отошел в политическое небытие со своей программой радикальной трезвости, в гастрономе возобновили неограниченный разлив спиртного. Одна знакомая продавщица рассказывала мне о легендарном алкоголике Грише, который в самом буквальном смысле пропил в этом месте «Волгу». То есть, он сначала продал ее, а потом пропил. Это был целый аттракцион для персонала и завсегдатаев. Гриша не скупился, угощал всех, кому было не стыдно принять от него угощение. Каждый раз объявлял: «Вот, сегодня пропиваю карданный вал!» «Ребята, мы сейчас пьем мое заднее сидение»! После того, как «приговорили» коробку передач, деньги у Гриши закончились. Из дома его давно выгнали, работы его лишила смена общественно-политической формации. Некоторое время он еще помыкался в привычном месте – но никто из тех, кто пользовался Гришиными щедротами, не спешил выручить хорошего человека. И Гриша сгинул…
Улица Челюскинцев
В прежние времена Челюскинцев славилась такими вот хитрыми «закутками», где можно было бодаться с трезвостью даже в самые свирепые антиалкогольные времена. На  пересечении с проспектом Мира процветала пельменная. Это был приговор студентам сразу двух факультетов университета – экономического и учетно-финансового, расположенных примерно на одинаковом расстоянии. В веселые дни ребята устраивали межфакультетские забеги: кто успеет рано и застолбит за собой места. Именно в этой пельменной Рамиль сделал один из самых решительных шагов на пути к абсолютной трезвости. Насколько я могу судить, этот путь им пройден до конца.
У Крытого рынка на Челюскинцев – солидный офис корпораций "Укрподшипник" и "ДТЭК". При историческом материализме в подвале здания, выполнявшего совсем другую функцию, располагалось одно из самых знаменитых пивных заведений города. Между собой любители и профессионалы называли его «Лицом к стене». Организация дела название вполне оправдывала: народ потреблял пиво, причалив к узким столикам вдоль стен. Если пил один – приходилось натурально смотреть в стену, чтобы не смущать соседей. Однажды, говорят, из-за этого случилось смертоубийство: кто-то кому-то что-то сказал, и обиженный человек подкрался сзади к ничего не подозревавшему обидчику и ахнул его кружкой по затылку. Обидчик умер непонятно от чего: то ли от удара, то ли от неожиданного шока, то ли захлебнулся живительной влагой.
Улица Челюскинцев
А на пересечении с проспектом Ильича, в тылах ведомственного ресторана Донецкой  железной дороги, работала хитрая система подпольной торговли спиртным. Называлось это «Рессора». Эх, какие тут наливали трехлитровые бутыльки пива в начале 90-х!

Знаки прошлого

Проспект Ильича со свистом пересекает Челюскинцев, уходя вниз, к Кальмиусу. Он чужероден, как вторгшееся из гиперпространства инопланетное непонятно что: своя динамика и ритмика, свои представления о добре и зле. На сущность улицы Челюскинцев он никак не влияет. Переправившись через проспект Ильича, с облегчением возвращаешься в параллельную реальность.
Улица Челюскинцев
На Челюскинцев прошлое умирает медленнее, чем на более активных улицах. Возле троллейбусного кольца мы с Рамилем умились мусорнику в форме пингвина – дончане, пережившие 80-е, должны помнить эту добрую коммунальную игрушку. А вот – подвал с вывеской «Библиотека». Рамиль был когда-то в нее записан. Это так называемая «городская библиотека». Сказать, что она выглядит убого по сравнению с областной библиотекой Крупской – значит, продемонстрировать потрясающую галантность. В советские времена люди, не способные разумом понять, почему городское книгохранилище выглядит столь жалко, придумали легенду, что здесь есть уникальные издания, которых не отыскать в «Крупской». Вот Рамиль в свое время на этот слух и повелся. Записался, начал ходить. Никаких эксклюзивных манускриптов в городской библиотеке не обнаружилось…
Напротив храма Иоанна Воина, обеспечивающего культовые нужды областной милиции – здание, в которое, судя по всему, попала фугасная бомба. Ни окон, ни дверей, но на стенах – портрет Есенина и доска объявлений, позволяющая судить, что до начала военных действий здесь была организация, связанная с техникой безопасности. Люди несли свою довольно тоскливую службу с робкой выдумкой, старались украсить свой быт: на стенах, кроме гениального народного поэта – постер «Иванушек Интернешенел» и плакат журнала «Натали» с огромными словами «Вкус соблазна». Разъятый сейф, ящики с никому не нужной документацией… При эвакуации люди явно спасали самое необходимое.
Челюскинцев. Параллельно
Прошлое покидает Челюскинцев – медленно, но неуклонно. Но медленно. Мы с Рамилем вступаем на финишный отрезок нашего путешествия – на Девятую линию.

Пограничье
То, что сейчас называется «Улица Челюскинцев» от Пожарной площади до ДМЗ, при Юзе было Девятой линией. Попади сюда Гамлет – мог бы от всей души порадоваться тому, что не везде еще порвалась связь времен. Для того, кто считает, что в Юзовке была архитектура, тут – полная гамма ощущений. От шедевра нашего доморощенного модерна, знаменитой Братской школы на пересечении с проспектом Павших Коммунаров, до приземистых халуп из бутового камня, успешно пытающихся вот уже больше века выжить под боком у металлургического завода.
Улица Челюскинцев
Чем ближе к предприятию, давшему жизнь города, тем сильнее осязаешь, насколько оно эту жизнь способно отнять. Концентрация недружелюбных запахов возрастает, без преувеличения, с каждым шагом. То есть, с каждым шагом ловишь все новые оттенки промышленной вони. Поскольку вырос в этом городе, вонь не убивает. Но прекрасно понимаешь, как должна была потрудиться генетика, чтобы ты имел шанс спокойно ходить под самыми дымящими трубами. Какой-нибудь эскимос с полуострова Бутия сразу же упал замертво, вдохни он этот азот.
Когда донецкие евреи были не в силе, а за чертой оседлости, их селили не на бульваре Пушкина, а подальше от глаз. Начиная с Девятой линии, вниз шли улочки «второго сорта». Нынешняя Челюскинцев была водоразделом, ниже которой еврея можно было обнаружить просто так, а выше – только за прилавком. Девятая линия была пограничьем. После перехода евреев в иное состояние границы размылись, и теперь Челюскинцев – никакой вовсе не рубеж. 
Теперь Челюскинцев – просто параллель, поддерживающая нашу врожденную английскую четкость. Никакого иного символа в ней нет. Хотя… Постойте. Как это нет? Во всем можно найти свой закон и свою тенденцию. Улица Челюскинцев в нынешнем ее состоянии как ничто другое в Донецке символизирует неотвратимую связь законности и правосудия. На ней – конторы городской и областной милиции, на ней же – областной апелляционный суд.
«Но почему же наша городская милиция – такого гламурного розового цвета?» - риторически спрашиваю у Рамиля, зная, что он найдет ответ на любой вопрос. И ответ моментально следует: «А это они хотят показать, что они не «голубые»!»
Улица Челюскинцев
 
Еврейская правда
Милицейский квартал начинается с храма, заканчивается ОВИРом. Путь многих евреев на советской земле. Еврейская тема на «старой Челюскинцев» почему-то становится навязчивой. И я вспоминаю рассказ моего израильского приятеля о том, как его бабушка рассказывала, как ей рассказывали о первой бомбежке Юзовки. «Было это, кажется, 31 августа 1941 года, в День шахтера. Одна еврейская женщина полезла на шкаф за сахаром и вдруг - бабах. Говорят, самолет долго искал завод но не мог найти и тут завод выдал плавку... Но все равно попали не по заводу, а по Пожарной площади. Памятник Дзержинскому весь был посечен осколками. Говорят, там так и пригвоздило к лавке двух влюбленных. И еще говорят что летчица была женщина», - говорил приятель.
Евреи хранят о Юзовке какую-то свою, дополнительную правду. Это знает каждый, кто общался с евреями о Юзовке…
Челюскинцев. Параллельно

Евгений Ясенов
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 4282   
Рейтинг: 
+5

Муха цокотуха

Дорогие жители Донецка!

 

Парк кованых фигур является одной из главных достопримечательностей Донецка, визитной карточкой города. Этот уникальный ансамбль кованых произведений искусства не имеет аналогов в Европе. Парк кованых фигур – любимое место отдыха горожан и гостей города. Стало традицией посещение Парка молодоженами после росписи в Дворцах бракосочетаний. Сюда едут целые свадебные процессии из всех районов Донецка и других городов Донбасса. Молодежь города, влюбленная в Парк кованых фигур, по собственной инициативе создала сайт, на котором происходит общение завсегдатаев парка. Новой темой стало стремление с помощью именного навесного замка обозначить свою признательность создателям парка и свою любовь к произведениям кузнечного искусства. И таких замков с каждым днем появляется все больше! Можно уже выводить рейтинг "голосования замками"!
Мы предлагаем Вам внести свою лепту в развитие Парка кованых фигур и увековечить свое имя в этом новом центре культуры города, проявив фантазию и придумав свою собственную кованую фигуру. В сентябре 2009 года в парке появится новая аллея – «Любимому городу». И каждый из вас может придумать и заказать свою авторскую фигуру, которую придумаете лично Вы. Она должна выразить Вашу любовь к Донецку, к людям, к миру. Это может быть как фигура, придуманная и заказанная одним человеком или семьей, так и фигура, придуманная и заказанная по желанию целого коллектива, клуба или общественной организации. Вы придумываете кованый образ, а мы воплощаем этот образ в металле и устанавливаем вашу фигуру в аллее «Любимому городу» в честь 140-летия основания Донецка Джоном Юзом.Открытие аллеи «Любимому городу» станет центральным событием международного фестиваля «Парк кованых фигур — 2009», который состоится 18-20 сентября. Фестиваль имеет общеевропейское значение и внесен в план всемирного кузнечного фестивального движения. Это связано с тем, что Донецк с 2008 года является членом Кольца Европейских Городов-Кузнецов.

Наш фестиваль широко освещается в украинских и зарубежных СМИ. Пресса уделяет большое внимание всем, кто от всего сердца стремится сделать наш мир прекраснее и поддерживает кузнечное движение. И у вас, автора новой фигуры в Парке кованых фигур, появляется отличный шанс сказать свое веское слово в поддержку красоты и при этом быть услышанным тысячами единомышленников!

Размер вашей фигуры без учета метровой подставки должен быть примерно 70*70 см. Стоимость ее изготовления зависит от сложности воплощения вашего замысла и поэтому будет оцениваться индивидуально, но по нашим оценкам будет в пределах от 10-20 тысяч грн. и выше.

 

Мы рассчитываем на вашу поддержку, друзья!

 

С уважением, Председатель Гильдии кузнецов Донбасса Виктор Бурдук
Секретарь правления Гильдии кузнецов Донбасса Игорь Руденко

Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 8074   
Рейтинг: 
+1
Мандрыкино
Когда говоришь: «Мандрыкино», представляешь медвежий угол, где ветер вяло колышет ковыль. Ну совершенно антипафосно звучит топоним. Между тем, образован он не из какого-то плебейского арго, а из дворянской фамилии – и не купленной, а официально полученной из царских рук. Правда, истекает она не из благородных кровей, не из Рюриковичей. Мандрыкины ведут свой род от запорожского казака Андрея Мандрики. Одна из ветвей этого рода получила земли в Бахмутском уезде Екатеринославской губернии. Самая знаменитая ее представительница – Дарья Васильевна Мандрыкина: женщина властная, независимая и яркая, так и не вышедшая замуж, была в середине XIX века известна всему уезду благодаря нескольким принципиальным для нее судебным тяжбам. Земельки Мандрыкиных процветали…
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 4442   
Рейтинг: 
Эй, а кто толкать то будет!Каждый самодостаточный некто или нечто всегда стремится к самоделению. Передать частичку себя дабы новая жизнь имела место быть - высшая форма жизненных ценностей.
И это касается не только людей, зверей, птиц, насекомых. Как яркий пример мы сейчас видим аналогичную ситуацию с разделом на ресурсе. Был раздел "кладовая здоровья", а потом свет увидело его дитя - "спорт-клуб". Таким образом спорт как таковой простился с кладовой, но не простился со здоровьем.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2540   
Рейтинг: 
+5
Планерка в строительной бригадеПосле войны разрушенный Сталино надо было восстанавливать, по сути, заново. Требовался новый генеральный план развития города. Лучшие градостроительные умы под чутким партийным руководством поднатужились – и родили проект. Но без утверждения в высших инстанциях это была просто бумажка. И пошел план по инстанциям. Как думаете, кто поставил решающую подпись? Незабвенный Лаврентий Павлович Берия! Он в формате заместителя председателя Совета министров СССР отвечал тогда за «режимные» территории. А Донецк был режимным городом – без вопросов!
Собственно, «на режиме» жила вся наша область. Это понятно: огромная концентрация оборонных предприятий, уязвимые для терактов производства. Трудно поверить, но в свое время въезд в Макеевку разрешался только гражданам, имевшим местную прописку. Такое было время. Тревожное. Навстречу миру Макеевка распахнулась уже после смерти Сталина, когда и Лаврентий Павлович в силу известных причин перестал курировать нашу область.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2764   
Рейтинг: 
0
В 1980 году громадный Пролетарский район (тогда - самый большой по площади в Донецке) располовинили. Отрезали кусок и назвали его «Буденновским районом». Один не слишком ответственный краевед рассказывал мне историю о своем знакомом, еврее Мише, с нетипичной для еврея профессией – подземный электрослесарь. Этот Миша жил как раз в одном из спальных районов Пролетарки. У него был друг-одноклассник, постоянно язвивший Мишу насмешками – мол, что ты за еврей, работаешь под землей и живешь на выселках. До 1980 года у Миши был железный ответный аргумент: «Зато я живу в самом большом районе города». После того, как крыть стало нечем, Миша впал в депрессию, стал худеть. Но потом поступил по-мужски. Сосредоточился, напрягся и путем сложнейших обменных манипуляций переселился на улицу 50-летия СССР, где и сейчас здравствует. С профессией вопрос решить оказалось сложнее. Помогли исторические процессы: шахту закрыли, и Мише пришлось уйти в мелкий бизнес, где, в общем-то, он неплохо устроился.
Мой товарищ Александр Тимошенко, известный половине города как «Темс», в свое время тоже смог проделать эту героическую эволюцию – исход из Пролетарки в центр. В результате, он получил многогранное видение города. И, как человек много думающий, сгенерировал теорию о том, что Донецк – город двойственный до такой степени, что уже в своем названии содержит противоречие. Соединяет утверждение и отрицание. Вслушайтесь: «ДаНетСк». По-моему, суть нашего городка в этой концепции схвачена чертовски верно!

 

Шел трамвай 15-й номер
Для знакомства с этими далями Темс предложил многоступенчатый план. Пунктом первым была поездка на трамвае 15-го маршрута, который идет от Буденновской площади до шахтоуправления газеты «Правда». С одной стороны, это позволяло довольно быстро достичь восточного предела городской сферы обитания, куда идти пешком – свое здоровье не уважать. С другой, в трамвае 15-го маршрута в предельно сгущенном виде представлен наш психотип.
Пролетарский район
До исследования Пролетарского района в моей коллекции донецких типажей насчитывалось 86 разновидностей. После путешествия в трамвае 15 маршруту их количество возросло до 127. В коллекции появились такие экземпляры, как, например, «питекантроп», «девушка-одуванчик», «пожирательница беляшей». Человеческое разнообразие на Пролетарке необыкновенно. Люди, по преимуществу, простые, без комплексов, что превращает трамвайную поездку в легкое приключение. Ко всему прочему, людей набивается, как на бесплатные концерты Рината Ахметова: как говорится, ни вздохнуть, ни ойкнуть. 15 маршрут в нескольких местах радикально опорожняется, но тут же заполняется вновь. И так – до самого конечного кольца, до улицы Слободской.
Мы будем несправедливы, если скажем, что на окраине Пролетарки – одни развалюхи. Вот – симпатичный хрущевский микрорайон. «Что это такое?» - спрашиваем у соседа по вагону. «12/18 Новострой», - отвечает нам сосед. Несколько кварталов многоэтажек построили в 60-х для персонала шахты 12/18 (позже ее переименовали в честь газеты «Правда») и поддерживают в сносном состоянии (сносном – не от слова «снос», в данном случае). В просветах между домами проглядывают увядшие магазины и пункты по приему стеклотары. Для существования – более чем достаточно. Но, как приличные люди, жители окраин отправляются за покупками на Пролетарский рынок.
Пролетарский район
Сделав круг, едем туда и мы. Отдав дань одноэтажному безбрежью поселков шахт «Красная Звезда» и газеты «Правда», мы чувствуем себя, как Анджелина Джоли, совершившая гуманитарный вояж в Эфиопию. Люди вряд ли оценили наш порыв. Скользнув взглядом по нашим инородным телам, они продолжают свои разговоры. О погоде, дорожающих яйцах и вчерашнем выпуске передачи «Следствие вели с Леонидом Каневским».

Гайд-парк и пролетарский Богдан

По теории моего друга Темса, название «Объединенный» донецкому микрорайону дали из-за его «склеивающей» функции. До того, как он появился, юго-восточная оконечность Донецка представляла собой несколько поселков, разбросанных, как острова архипелага. Но построили Объединенный – и появилась непрерывная цепь жилья, а значит – реальная физическая связь. И, стало быть, только тогда Пролетарский район стал настоящим районом.
С этим спорить  трудно. Объединенный исполняет роль «пахана» по отношению к соседним поселкам Ведь главное место всегда было там, где главный рынок. А кроме рынка, на Объединенном еще - два ДК (имени Горького и «Юбилейный»), и, в конце концов, райисполком. В тот июльский день, когда мы предприняли свой пеший поход, на райисполкоме красовался плакат с яркими цифрами «50». Замечено: районные праздники в Донецке отмечают долго.  И чем дальше от центра, тем дольше радуются. Со времени полувекового юбилея Пролетарского района прошло уже два года…
Пролетарский район
Непосредственно перед зданием райисполкома, на лужайке в тени деревьев, мама играла с ребенком. Сцена немного напоминала Гайд-парк. Но стоило повернуться на 180 градусов – и заграничные ассоциации начисто разбивал вид гастронома «Горняцкий» (путем замены всего одной буквы в народе распространили весьма неаппетитный вариант его названия). Несмотря на то, что с разных сторон гастроном теснят мебельные салоны и страховые конторы, он держится. Не так много осталось в городе гастрономов…
Здесь – пуп Пролетарского района. А пуп этого пупа – памятник Богдану Хмельницкому. О его существовании подавляющее большинство дончан и не подозревает. Для них, все, что связано с великим воссоединителем, в городе заканчивается проспектом его имени. Это в центре, и это знают все. Памятник Богдану – невидимая миру экзотика, возникшая неизвестно когда и неизвестно почему. Зато известен автор – донецкий скульптор Павел Гевеке, ныне, увы, покойный. Скорее всего, пролетарский  Богдан появился в начале 60-х. И скорее всего, в честь очередного юбилея Переяславской рады. Фотографии этого места, сделанные в 70-х годах, показывают нам куда более молодцеватого гетмана: бронзового, с булавой. Сейчас вся парадность с него облезла, оформлен он в неопределенных блеклых тонах, от булавы остался только обрубок, который можно принять за что угодно – от исторического свитка до волшебной палочки.
Памятник Богдану Хмельницкому
За спиной гетмана в упадке – дворец культуры «Юбилейный», а там - объявление с призывом к молодежи собраться на «Караоке у Богдана» («прям на этом месте и совершенно бесплатно!»). Я немедленно вспоминаю историю, рассказанную мне одним борцом за русскую идею. В начале 90-х, когда тусовка противников украинизации искала себе подходящую площадку, помимо надоевшей площади Ленина, кто-то вспомнил о памятнике Хмельницкому на «Объединенном». Свежая идея всем понравилась, и договорились устроить следующую акцию у окраинного монумента. Приехала дай бог половина борцов, остальные сказались больными или убывшими. В следующий раз явились только самые идейные. Борьба с украинизацией грозила пресечься на корню. И тусовка вернулась на прежнее место, где расцвела с прежней силой. Огромные донецкие расстояния сжирают идеологию. Здесь, у объездной трассы, не до отвлеченных материй.
А между прочим, пролетарский Богдан – единственная конная скульптура в Донецке! Ничего удивительного: когда город начал обзаводиться своими героями, железный конь уже прочно пришел на смену крестьянской лошадке.

Неосознанная идеология
Прямо напротив Богдана – книжный магазин «Знание». По случаю воскресенья, он был наглухо закрыт, но сквозь пыльные окна четко просматривались традиции прошлого.
Назвав район Пролетарским, власти взяли на себя невысказанное обязательство придумать для его объектов подходящие названия. И постарались на славу. Вот самый поразительный пример. Главная улица Объединенного, чтоб вы не сомневались, Пролетарская. Там, где кончается микрорайон, она пересекается с Коммунистической. У перекрестка стоит супермаркет вездесущего Ефима Звягильского. На него указывает стрелочка с указателем «Ломбард». Это логично: в конце концов, если сильно хочется кушать, заложишь последнее…
Хмурые серые пятиэтажки буквально дышат коммунизмом. Идем мимо них, придавленные этим шаблонным величием. Вдруг во дворе какого-то предприятия (то ли АТП, то ли ЛТП) видим огромный бронзовый бюст Владимира Ильича, выкрашенный золотистой краской. Что с ним там делают, мы выяснять не стали, но состояние вождя показалось нам превосходным.
Бюст Ленина
Я сказал, что идеология на донецких окраинах умирает. Нет, она здесь существует! Но существует неосознанно, в виде вещей и названий, о политической окраске которых никто не задумывается. Центр Пролетарского района не является бастионом марксизма-ленинизма. Он – живая иллюстрация того, к чему эволюционировало единственно верное учение. Серые мрачные многоэтажки, из окон выглядывают люди, не особо надеющиеся на светлое будущее. Их крупно обманули с датой победы коммунизма. После такого грандиозного «кидалова» они имеют полное право не верить ни во что.

Но донецкий оптимизм – вещь более непобедимая, чем советский коммунизм. На импровизированной остановке маршруток чья-то добрая рука вывела большими буквами: «Удачи!» И, как говорил Гришковец, настроение улучшается!

Миновав пестрые девятиэтажки соседнего микрорайона «Раздольный», мы прощаемся: мой гид, поностальгировав от души, на 10-м трамвае возвращается в центр, а я отправляюсь по Объединенному в одиночный рейд. Я надеюсь, вооруженный полученными знаниями, увидеть то, что обычно открывается дилетантам – необычное в обычном. Свежий взгляд способен отыскать жемчужины даже на скучнейшем хайвее, идущем через пустыню Невада. Но только не на Объединенном! Улица Литке (может быть, когда-нибудь она будет переименована в улицу Темса) не дает пространства для разбега фантазии. И цветники на ней есть, и даже лавочки, но сворачиваю на улицу Зверькова – и такое впечатление, что не сворачивал никуда. Жизнь продолжается в том же самом формате, и даже старое кресло, выставленное во дворе для всеобщего пользования, не придает пейзажу особой индивидуальности.
Пролетарский район
Заблудиться здесь – проще простого. И я иду на Чулковку. Вот там с колоритом – никаких проблем! Там свежему глазу есть за что зацепиться.

Здесь был Гиви

В одной из моих контор работала Наташа с Чулковки. Возвращалась она домой около восьми вечера, и  выговорила себе право на служебную машину, упирая на то, что в такое время по чулковским улицам ходят только наркоманы. Не знаю, как насчет наркоманов, но лично мне Чулковка была известна в единственном смысле. Я знал, что в посадку, которая отделяет поселок от Объединенного, известный донецкий бандит Гиви Немсадзе привез в 1998 году своих бывших коллег, где после недолгого разговора все пятеро были застрелены из пистолета ТТ. Говорят, так в машине и закопали…
Пролетарский район
Получалось, на территорию Чулковки надо было вступать со священным трепетом. Но ничего такого я не чувствовал. Ясный божий день, в посадке пасутся козы. Может, точно так все было и в тот день, когда сюда приезжал на работу Гиви – не знаю, но тенистая рощица располагала скорее к мыслям о возвышенном, чем к мыслям о вечном.
На Чулковке у меня появилась гипотеза - почему Гиви выбрал эти края для решения вопросов. Мне все стало ясно сразу после того, как я наткнулся на отделение милиции. Такого отделения в Донецке я еще не видел, а в кино видел только в фильме «Зеленый фургон» - помните, там преступников держали в сарае с замком, открыть который мешала только добрая воля заключенных? Не буду зря клеветать на чулковских милиционеров – вполне допускаю, что службу свою они несут исправно. Но со стороны отделение милиции выглядит так, будто в него не заглядывали с того самого 1998 года. По крайней мере, оконные рамы в этом веке точно не красили. Хотя табличка с надписью «Милиция» - относительно свежая. Ну, это понятно: иначе никто просто не догадается.
Пролетарский район
Прогулки по Чулковке принесли еще несколько типажей в мою коллекцию. Например, «партизан из посадки». Мужичок с десятидневной щетиной вынырнул из зарослей под самым моим носом и, кряхтя, припустил прочь с чем-то вроде лома, завернутым в мешковину. Еще и оглянулся на меня пару раз опасливо – друзья часто мне говорят, что я похож на мелкого налогового инспектора. Заглянув в кущи, откуда появился партизан, я вздрогнул, увидев сожженную детскую коляску. Остается только догадываться, какие жертвоприношения тут совершались.
Можно было сказать какие-то очередные банальные вещи (вроде «и здесь живут люди»), но не стану. Да, и правда живут. И люди эти самые обычные – только квартирный вопрос их очень сильно на них сказывается. Я остановился у одного двора, где тетушка пропалывала огород. Попросил воды напиться. Тетушка угостила меня вкуснейшим квасом, поинтересовалась, кто таков. Я не стал кривить душой. Тетушка изумилась – что может быть интересного для журналиста на Чулковке, если здесь не режут и не убивают? Боюсь, я так и не смог объяснить…
Пролетарский район
 
Невидимые нити
Я стою у ворот Пролетарского рынка. Если микрорайон Объединенный и правда «суперклей», собравший воедино окрестные поселки, то вырабатывают его именно здесь, в этих торговых рядах. Отсюда протянуты невидимые нити, которые заставляют ощущать себя единым целым десяткам тысяч людей, которые прекрасно могли бы обойтись друг без друга. Рынок формирует мир, мир создает традицию, традиция порождает легенду, из которой вырастает история. Объединенный и окрестности – мир, который только кажется невзрачным, и история, которой только на первый взгляд нет вовсе.
Уже дома, изучив источники, вычисляю, что Пролетарский район - второй в Донецке по площади (после Кировского) и пятый по населению (после Кировского, Калининского, Куйбышевского и Киевского). Среди подчиненных территорий – село Михайловка, в котором живет 55 человек. Оттуда люди попадают на Пролетарский рынок только по праздникам. 
Еду домой на маршрутке 46-б. Каждый день она доставляет меня на работу с вокзала в начало Калиновки. Выходя на своей остановке, я всегда машинально провожал ее глазами, но никогда не задумывался – а куда она девается дальше? Видел пункт назначения – «Большая Магистральная» - и понимал, что это – так же далеко, как Гибралтар, и шансы попасть туда примерно такие же. И наверняка бы не увидел эту Магистральную, если бы не мой безумный проект.
Наша маршрутка проезжает мимо железобетонного забора с надписью «Станция метро «Пролетарская». По идее, здесь что-то строят. По идее, Объединенный – это тоже Донецк…

Евгений Ясенов
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 4758   
Рейтинг: 
+1
Матвей Иванович Платов Матвей Иванович Платов (17531818) — российский военный, генерал от кавалерии (1809), граф (1812). Основатель столицы Области Войска Донского - города Новочеркасска.
Участвовал во всех войнах конца XVIII — начала XIX века. С 1801 года — атаман Донского казачьего войска.
Отец Матвея Платова был войсковым старшиной. По рождению принадлежал старообрядцам-поповцам, хотя в силу своего положения не объявлял этого. Матвей Иванович поступил в службу на Дону в Войсковую канцелярию в 1766, а 4 декабря 1769 года получил чин есаула. В 1771 отличился при атаке и взятии Перекопской линии и Кинбурна. С 1772 стал командовать казачьим полком.
Во 2-ю турецкую войну отличился при штурме Очакова и Измаила. «За отличную храбрость, оказанную при атаке крепости Очакова» - награжден орденом Св. Георгия IV кл. №278 награждён 14 апреля 1789 года.
«Во уважение на усердную службу и отличную храбрость, оказанную при взятии приступом города и крепости Измаила с истреблением бывшей там турецкой армии, командуя колонною» - награжден 25 марта 1791 орденом Св. Георгия III кл. №81.
Во время персидской войны 1795—96 был походным атаманом. При Павле I в 1797 был заподозрен в заговоре, сослан в Кострому, затем заключён в Петропавловскую крепость. Но в январе 1801 года был освобождён и стал участником самого авантюрного предприятия Павла — похода в Индию. Лишь со смертью Павла в марте 1801 года уже выдвинувшийся во главе 27 тысяч казаков к Оренбургу Платов возвращён Александром I, произведён в генерал-лейтенанты и назначен войсковым атаманом Войска Донского. Участвовал в сражении при Прейсиш-Эйлау, потом в турецкой войне. Награждён орденами святого Александра Невского и 22 ноября 1807 года — орденом Св. Георгия II кл. №36.

* * *
Атаман "Вихрь"
Владимир Котов
Смышленый и исполнительный казачок очень скоро был произведен в унтер-офицеры. А уже в 1773-м, после того, как он примерно отличился в первой Турецкой кампании 1768—1774 годов, будучи под началом князя В.М.Долгорукова, Екатерина II подписала представление его на офицерское звание. В то время ему было чуть больше 20. Несколько лет спустя на Кубани его отряд, сопровождавший транспортный обоз, у реки Калалах был окружен двадцатикратно превосходящими по численности турецкими войсками. По приказу Платова из имеющихся повозок был быстро сооружен оборонительный круг, и казаки, сумевшие отразить восемь вражеских атак, мужественно держали оборону до подхода подкрепления. Калалахское дело, принесшее ему Золотую медаль, сделало его имя широко известным в русской армии.
В 1775-м Платова во главе полка посылают на усмирение последних выступлений пугачевских войск в Воронежской и Казанской губерниях. Интересно, что в этой акции вместе с Матвеем Платовым участвовал и его отец, Иван Федорович. За успешное выполнение задания оба они были награждены золотыми медалями. После, с 1778 по 1784 год, Платов, будучи командированным на Кавказ, участвовал в многочисленных сражениях против чеченцев и лезгин. Там же он познакомился с командиром Кубанского корпуса А.В.Суворовым. По свидетельствам современников, между ними, несмотря на различия в званиях, установились не только приязненные, но даже дружеские отношения. К началу Русско-турецкой войны 1787—1791 годов Платов был уже в звании полковника, а в сентябре 1789-го, после битвы при Коушанах, где ему удалось разбить большой турецкий отряд и пленить трехбунчужного пашу Зейнала-Гасана бея Анатолийского, ему был присвоен чин бригадира русской армии.
А несколько раньше Светлейший князь Таврический Григорий Потемкин решил сформировать принципиально новое казачье войско, состоящее из нескольких полков, получившее название Екатеринославское, во главе которого встал походный атаман Матвей Платов, награжденный за свои боевые заслуги в 1790 году Владимиром IV степени. В этом же году вместе со своими казаками Платов отправляется под Измаил в расположение армии под командованием Суворова. Штурм этой укрепленной турецкой цитадели стал одной из ярчайших страниц в военной карьере Матвея Платова. Он, видя, что соседняя с его отрядом штурмовая колонна практически уничтожена, а его казаки пребывают в смятении, ринулся на лестницу, ведущую наверх крепостной стены, и увлек за собой всех тех, кто еще мог сражаться. После взятия Измаила Платов был награжден Георгием III степени и получил звание генерал-майора. Суворов так писал в своем донесении о его действиях в Измаильском деле: «Повсюду был он, Платов, присутственен и подавал пример храбрости». Позже он был представлен Екатерине, обласкан ею и получил разрешение останавливаться в ее дворце.
1796 год, когда после смерти Екатерины на трон вступил Павел I, стал для Платова черным. Как и многие сподвижники покойной императрицы, он попал в опалу — сначала по подозрению в неблагонадежности был сослан в Кострому, где провел почти 4 года, забрасывая Павла письмами с просьбой вернуть его в армию, а затем после доноса и вовсе был брошен в Алексеевский равелин Петропавловской крепости. 11 января 1801 года после заседания Сенатского суда по его делу Платов был оправдан и даже удостоился аудиенции у императора. Тот выразил сдержанную радость по поводу доказанности его полной невиновности и наградил Платова командорским крестом Мальтийского ордена.
В том же году император назначил Платова атаманом Войска Донского, что дало возможность осуществить реорганизацию казачьих войск, превратившихся теперь из иррегулярных и вспомогательных в общеармейские структуры. Кроме того, будучи в должности войскового атамана, Матвей Иванович Платов участвовал в основании Новочеркасска, ставшего новой донской столицей. При нем на Дону были открыты первая мужская гимназия, несколько других учебных заведений, основаны больницы, организована почтовая служба, а также устроено множество новых дорог.
С началом в Европе войны с Наполеоном Платов вместе с казачьим корпусом покинул родной Дон и отправился в расположение русских войск, находящихся в Пруссии. В 1807 году Платов вместе с казаками после атаки сумел овладеть хорошо укрепленным городом Прейсиш-Эйлау и захватить в плен более 3.000 французов, а при взятии города Гейсельберга обратить в бегство «всю французскую кавалерию». Действуя то хитростью, то стремительными вылазками, Платов вместе с казаками захватывали один прусский город за другим. За проявленный в прусской кампании героизм и мужество Платов был награжден орденами Александра Невского и Георгия II степени, алмазными знаками и бриллиантовой табакеркой с изображением Александра I, а Войску Донскому указом императора было пожаловано памятное знамя. Прусский же король Фердинанд I, восхищенный редкой отвагой казаков, наградил Платова орденами Красного и Черного орла.
Что касается Наполеона, то он, хоть и окрестил казаков «исчадием рода человеческого», все же, отдавая дань их боевому искусству, в свою очередь также решил после подписания Тильзитского мира пожаловать бесстрашному атаману орден Почетного легиона, но Матвей Иванович отказался принять эту награду, сказав: «За что ему меня награждать? Я ему не служил и служить не могу никогда». Говорят, отказ этот Наполеона крайне раздосадовал, но он все равно добился своего — после стрельбы из лука, проведенной Платовым в присутствии последнего по настоянию Александра, он вручил атаману табакерку, украшенную своим портретом и драгоценными камнями. Матвею Ивановичу не оставалось ничего другого, как принять ее. Правда, потом камни эти он «выломал» и «заменил портрет Наполеона какою-то камеею». Столь непочтительный по отношению к союзному России монарху шаг объяснялся тем, что, по мнению атамана Платова, «сей человек не на благо, а на пагубу человечеству рожден». Эти слова зазвучали по-особому в июне 1812-го, когда многотысячная наполеоновская армия подошла к границе Российской империи...
Начало войны застало донского атамана вблизи границы, недалеко от города Гродно. Руководимым им казачьим частям было вменено прикрывать фланги, не допуская окружения отходящих колон, а также образовать арьергард для сдерживания наступательного прорыва противника. Полководческий талант Платова в те тяжелые для России дни проявился с особой яркостью, когда ему приходилось сложнейшими маневрами прикрывать тылы основных сил, дабы избежать навязываемых французами крупных сражений. Но даже в этой критической ситуации казаки наносили врагу весьма ощутимые удары. Так, 27 июня под Мирами они, применив свой излюбленный тактический прием, так называемый вентерь*, разгромили 9 полков наступающего неприятеля. Это была первая победа русского оружия в начавшейся войне. А спустя месяц под Молевым Болотом французам был нанесен еще один весьма ощутимый ущерб.
Тем временем русские войска продолжали отступление. Критическим моментом для Платова в тот период времени стало его отстранение от командования арьергардом по приказу тогдашнего главнокомандующего армии Барклая де Толли, обвинившего его в том, что он «проспал» атаку французов под Семлевом. Более того, Платову пришлось передать свой конный корпус барону Розену и вообще уехать из армии. Ситуацию, гибельную для боевого заслуженного генерала, спасло назначение на пост главнокомандующего Михаила Илларионовича Кутузова, знавшего донского атамана еще с 1773 года и высоко ценившего его огромный опыт. Платов сразу же вернулся в действующую армию.
В самый разгар Бородинского сражения, по замыслу главнокомандующего, казачьи полки и легкая кавалерия под предводительством Платова должны были, незаметно подойдя к расположению противника, ударить ему в тыл. Этот план был блестяще реализован, вызвав панику в рядах французов и на целых два часа ослабив натиск неприятельских войск. К тому же Платову удалось захватить главный обоз наполеоновской армии.
На знаменитом Совете, состоявшемся в Филях, Платов со свойственной ему решительностью и бескомпромиссностью выступал за то, чтобы дать Наполеону решительное сражение, но Кутузов решил иначе...
В те дни, когда Наполеон напрасно ожидал в полыхающей Москве капитуляции, Платов в спешном порядке провел на Дону дополнительную мобилизацию, в результате которой в расположение русских войск прибыло 22.000 казаков. Вставшему во главе увеличенного войска Платову Кутузов дал приказ преследовать уходящего из столицы противника. В первом же бою при Тарутине казаки всей своей мощью обрушились на армию Мюрата и смяли ее. Дальнейшие действия казачьей кавалерии под командованием Платова по преследованию отступающей французской армии под Малоярославцем, Вязьмой, Красным, Березиным, Вильно, Ковно заставили Наполеона позже признаться в том, что именно казаки уничтожили всю его конницу и артиллерию. По ходатайству Кутузова 29 октября 1812 года Матвей Иванович Платов за выдающиеся боевые заслуги был возведен в графское достоинство.
После того как наполеоновская армия была выдворена за границы Российской империи, Платов вместе со своим войском продолжал выполнять важнейшие задания, призванные окончательно разгромить оставшиеся силы противника. В самом конце 1812-го казаки захватили Мариенбург, позже заняли Дириш, а затем и крепость Данциг. В апреле 13-го они вошли в Дрезден, в сентябре ими была одержана блестящая победа под Альтенбургом, а в октябре под Лейпцигом произошла так называемая «битва народов», окончательно определившая дальнейшую судьбу Наполеона. За участие в этом знаменитом сражении, где его казаками была взята в плен кавалерийская бригада и несколько пехотных батальонов, Матвей Иванович Платов прямо на поле битвы был награжден высшим из российских орденов — орденом Андрея Первозванного.
После победоносного завершения кампании и подписания Парижского мира Платов, сопровождавший императора Александра I, побывал в Лондоне. Появление там легендарного атамана вызвало бурю эмоций у обычно сдержанных англичан. Жители Лондона пронесли его на руках с корабля на берег; где бы он ни появлялся, его встречали овациями, а лондонские дамы, по некоторым утверждениям, вообще отрезали у его коня часть хвоста, разобрав эти волосы на сувениры. Именем Платова были названы спущенный на воду 80-пушечный английский корабль, а также одна из призовых лошадей. Оксфордский университет вручил ему диплом почетного доктора права. Там же Матвей Иванович познакомился с Вальтером Скоттом, и хотя атаман не знал английского языка и общался с писателем через переводчика, Скотт был потрясен этой уникальной личностью и еще долго вспоминал об этой мимолетной встрече. Городской Совет Лондона вместе с тремя особо отличившимися фельдмаршалами союзных войск — русским, австрийским и прусским — наградил атамана Платова почетной, специально изготовленной по этому случаю саблей, украшенной драгоценными камнями. А его портрет поместили в одном из парадных залов Королевского дворца.
Возвратившегося на Дон атамана жители встретили как истинного героя. Последние годы своей жизни Платов занимался исключительно внутренними делами Донского края — развитием города Новочеркасска, местным коневодством и виноградарством. Он умер 3 января 1818 года и со всеми подобающими ему почестями был похоронен под стенами строящегося каменного Вознесенского собора, заложенного им же в Новочеркасске в 1805 году.
_____________
* - рыболовная снасть, верша, с помощью которой рыба, попавшая в ловушку через узкое отверстие, уже не может выбраться назад.

Подготовил Евгений Лавриненко (dN)
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 5973   
Рейтинг: 
+1
Памятник Ленину
11 января 1937 года, открывая сессию Всеукраинского Центрального Исполнительного Комитета, Григорий Иванович Петровский воскликнул, как положено: "Нет никакой силы в мире, какая могла бы остановить наше могучее движение к коммунизму, по пути к которому ведет нас Компартия и вождь народов товарищ Сталин!". Закрывая сессию, Петровский тоже нашел нужные слова: "Мы еще большей любовью окружим своего любимого вождя товарища Сталина!". Все это не помогло: два года спустя Григорий Иванович подвергся критике за недостаточную борьбу с «врагами народа» и был снят со всех постов. Спасибо, хоть не расстреляли. И даже Днепропетровск, названный в его честь из Екатеринослава, не переименовали обратно. И Петровский район Донецка тоже сохранился.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 4303   
Рейтинг: 
0
10 апреля 2008 года стартовал поход донецких альпинистов в Гималаи.

В ТибетеЭкспедиция, которую возглавляет многократный чемпион Украины, России и СНГ Сергей Ковалев, намерена в конце мая дойти до вершины Эвереста и водрузить там флаг "Сегодня".
Как мы уже писали, из-за ЧП в Тибете в последний момент пришлось менять маршрут, и вместо намеченного пути по пустыне Тибета команда "горняков" пойдет к Горе через красочный Непал. Путешественников ожидают джунгли с дикими зверями, панорамы гор невероятной красоты и сами горы. "Гималаи — это фантастическое море из камней и снега, и когда ты стоишь на вершине, ты стоишь посредине застывшего океана вечности", — рассказывает Ковалев. Высочайшая вершина мира, на которой по преданиям обитают Боги, лишь раз была покорена украинской экспедицией. Сейчас на Эверест вместе с Ковалевым отправляются опытные альпинисты Олег Палий, Алексей Лыков, Олег Стороженко и врач Олег Лавриненко.
О подробностях восхождения вы сможете прочитать на страницах нашего сайта в блоге корреспондента Владимира Абрамова через неделю.

Горный факультет и Горы
"Я родился и вырос в маленьком шахтерском городке на Донбассе. Застойные годы и суровая юность на окраине сформировали стойкую тягу к приключениям и путешествиям, — Сергей Ковалев со улыбкой прекращает свою "пафосно-официальную" биографию и начинает разговор "по душам". — После школы поступил на горный факультет донецкого политехнического института, думал, что буду по горам лазить, оказалось, там учат инженеров для шахт". В студенческие годы серьезно занялся альпинизмом в соответствующей секции и покорил первые серьезные вершины Кавказа. А самое первое восхождение наш герой совершил в пять лет, со дна котлована строящегося дома на его вершину. И совершил неудачно — "упал так, что до сих пор колено побаливает".

"Мы сделали это!"
"У меня более тысячи восхождений в разных районах мира. Какое из них было самым ярким? Думаю, что все самое интересное еще впереди!", — говорит Ковалев, но после настойчивых расспросов все же определяется с "самым-самым", и рассказывает о походе на Непальский восьмитысячник Манаслу (8.156). Тогда команда украинцев проложила свой маршрут на вершину. Путь, по которому до этого никто не поднимался. Теперь он во всех каталогах значится как "украинский". Экспедиция была сложной, опасной, судите сами: число погибших на склонах Манаслу равно числу взошедших на ее вершину. "Лезли долго и мучительно, и когда мы зашли на вершину... Обычно на верху думаешь: как бы отсюда ноги унести, а тут были слезы на глазах: мы сделали это! И огромный прилив счастья", — вспоминает Ковалев.

Вершина или товарищ?
В 1999 году Ковалев участвовал в экспедиции на Эверест (8.848 м), но когда вершина была совсем рядом, пришлось отступить. "На 8.600 я увидел киевского альпиниста Володю Горбача, у него была "снежная слепота", когда из-за яркого солнца, отраженного снегами, ничего не видишь, он ночь провел без палатки, пришлось помочь ему спуститься вниз, — рассказывает Ковалев.— В мировом альпинизме такое не практикуется. На такой высоте каждый сам за себя, но у нас, украинских альпинистов, другие принципы — человек важнее восхождения".

Три недели на вертикале и вулкан
Во время экспедиции в Патагонию Ковалев с товарищами практически три недели жил на вертикальной стене Торрес дель Пейн, "где нет ничего, кроме камней и ревущего ветра". А взойдя на пакистанскую вершину Амин Брак, стал свидетелем того, как человек превращается в птицу. Российский экстремал Валерий Розов прыгнул с шести тысяч метров и открыл купол парашюта когда до земли, вернее, снега, оставалось всего 30 метров.
Яркие воспоминания остались от восхождения на дымящий вулкан в Эквадоре: "Понимание того, что ты поднимаешься на "дыру", которая уходит куда-то к центру земли, придает восхождению особый шарм".

Снежный человек
Во время похода на африканскую вершину Килиманджаро альпинисту довелось столкнуться с настоящей мистикой. На высоте 4.000 в одну из палаток залезло нечто удивительно похожее на снежного человека. "Я сам его не видел, был в другой палатке, а товарищи рассказывали, что гость был похож на человеко-обезьяну, но размером с собаку, — рассказывает Ковалев, — мохнатый, с приплюснутым носом. Залез в палатку, пришлось его выгонять. Уже позже гиды нам рассказали о том, что местные племена рассказывают о таинственном существе, который лишь изредка появляется на людях".

Горная болезнь
Но встреча с африканским Йетти — не единственный удивительный и загадочный факт в биографии путешественника. Однажды во время экспедиции на Эверест каменная пустыня Тибета превратилась в яркий пестрый восточный базар. "Причем с запахами, гомоном толпы, было даже ощущение, что кто-то локтями толкает, — вспоминает Ковалев. — Скорее всего, это были галлюцинации, вызванные горной болезнью, но какие реальные... Накатывало волной. Казалось, можно взять и шагнуть за другую сторону реальности". И еще один любопытный факт: у Эвереста время течет по-другому. Ковалев рассказывал, что на завязывание одного шнурка у него ушло... 40 минут, "я по часам сверял, и как это ни нереально звучит, это правда".

Придумай себе сон
По словам альпиниста, на высоте 8 тысяч ночь бесконечно длинная. Пока движешься, кровь нормально циркулирует по организму и не дает скапливаться вредным веществам, возникающим из-за недостатка кислорода, азота и т.д. Но когда лежишь, голова начинает болеть очень сильно, заснуть невозможно. "Обычно в таких случаях я придумываю себе сон. Представляю какие-нибудь картины, действия и постепенно в них погружаюсь. Кстати, работает и на равнине, можете попробовать в бессонную ночь", — рекомендует Ковалев.

Жена и дети
"В этом году я был в Швейцарии, и вдруг звонок жены. "Что с тобой случилось? Тут все на ушах стоят!", — вспоминает Ковалев. Оказывается, в СМИ появилась информация о том, что российский полярник Сергей Ковалев пострадал в Арктике, и его доставили в госпиталь, но кто-то что-то перепутал и начали говорить о ЧП с украинским альпинистом Ковалевым. В целом супруга Ковалева Ирина относится к походам в горы спокойно. "20-летний Сын Дмитрий ездил на Эльбрус, но большого интереса к горам не испытывает, шестилетняя дочь тоже, — видимо одного альпиниста в семье более чем достаточно", — заключил Ковалев.

Влад Абрамов. Сегодня, 02 апреля 2008. Фото Сергея Ковалева.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2006   
Рейтинг: 
0
Сезон 1966 года – один из наиболее памятных в истории луганского футбола. Но основа успешного выступления "Зари" в 28 чемпионате СССР, была, все-таки, заложена в предыдущем сезоне, Константином Ивановичем Бесковым, который, к сожалению, в конце 1965 года покинул Луганск по семейным обстоятельствам. Принявший команду зимой 1966 года, Заслуженный тренер Украины, Евгений Иванович Горянский, с уважением отнесся ко всему, что было сделано его предшественником. Он сохранил характер учебно-тренировочного процесса, но значительно больше внимания уделил тактике. Тренер хотел, чтобы "Заря" свободно действовала в любой манере, т.е. училась в каждом конкретном  случае, применять самое эффективное оружие. Но такие задания сразу не решаются. Предсезонную подготовку луганчане уже традиционно, как в последние годы, проводили в грузинском Очамчире. В команде произошли некоторые кадровые перестановки. Закончили выступления в большом футболе А.Котенко и М.Иванов, причем, Котенко стал одним из тренеров команды. Отчислен из "Зари" Д.Костенко, из харьковского "Авангарда" пришел нападающий А.Лебедь.
Оставить комментарий: (0)    Просмотров: 2400   

Для Вас работает elf © 2008-2016
Использование материалов ресурса в образовательных целях (для рефератов, сочинений и т.п.) - приветствуется.
Для средств массовой информации, в том числе электронных, использование материалов с пометкой dN - только с письменного разрешения редакции.